— А письмо, в котором вас просили следить за Угрюмовым, у вас осталось?

— Ну да, конечно, на стационарном компьютере, дома. Сейчас приедем, сразу вам и перекину.

Многоэтажный спальный муравейник, в котором проживала Татьяна, толкался со своими собратьями недалеко от грязного, даже по случаю зимы не застывшего канала. Повторив нехитрый прием, Иван подхватил девушку и донес ее до подъезда. Булка остался внизу, а Чингиз с капитаном поднялись с ней до однокомнатной квартиры на пятьдесят третьем этаже. Выйдя из лифта, Татьяна замерла.

— А как же ключи?

— Что? — спросил Чингиз.

— У меня же не осталось ни комма, ни ключей. Как я в квартиру попаду? И докажу, что эта квартира моя… у меня же документов тоже нет, и в больнице сказали, что идентификационный чип отсутствует, — девушка растерянно посмотрела на дознавателей.

— Разберемся, — сказал Иван, — соседей попросим подтвердить, если что.

— Хм, — сказал Чингиз, разглядывая нужную дверь.

Замок в квартиру был выломан. Дверь была закрыта, но от небольшого нажатия с тонким скрипом медленно распахнулась. Внутри царил разгром. Обломки мебели, грязные тряпки, мусор и ничего больше. На Татьяну было тяжело смотреть. И так скуластое, лицо еще более заострилось, черные круги снова залегли под глазами. Иван подумал, что девушка сейчас либо расплачется, либо кого-нибудь убьет.

— Друзья, родственники… Есть к кому сейчас обратиться? — спросил Иван.

Девушка только покачала головой. Она вошла в квартиру и молча разглядывала кучи мусора, оставшиеся от ее жилья. Шторы были сорваны, вместо электрической плиты на кухне зияла выломанная дыра. Татьяна попыталась включить воду в раковине, но из крана с гудением пошел только воздух. Щелкнула выключателем- свет не загорелся. Вполне возможно из-за того, что вместо светильников в потолке торчали голые провода. Похоже, квартиру сначала громили, потом грабили. Возможно, не один раз.

Покопавшись в одной из куч в углу, девушка выудила из нее старые порванные кроссовки.

— Я давно их выкинуть собиралась, — задумчиво произнесла она, — гляди, снова пригодились.

Спустя несколько часов после того, как Татьяна рассказала всё, что знала, ее отпустили. Ничего нового эти данные не добавили. Угрюмов и так был в розыске. Иван спустился с девушкой вниз.

— Куда ты теперь?

— Не знаю, — как-то обреченно ответила Татьяна, — в квартире жить нельзя, мебели нет, электричества и воды тоже. Но я придумаю что-нибудь. Мне сейчас главное восстановить документы, чип и получить доступ к своему счету. Вообще не в моих правилах такое, тем более с малознакомыми людьми,но… не могли бы вы, Иван, занять немного денег, на ночлег и еду? На пару дней всего. Я, разумеется, все верну сразу. Мне просто надо сообразить, что сейчас делать.