Серафим начал смеяться. Он смеялся и смеялся, а шепот в динамиках становился все громче и громче. И вдруг всё замолчало. Повисла вибрирующая тишина.

— Уходи, человек, — неожиданно спокойным голосом сказал искин. — Ты знаешь всё, что тебе нужно. И помни. Теперь за тобой должок.

— Да. И последнее, — уже выходя из комнаты, сказал Иван. — Ты не в плену, ты жив и имя «Волчица» тебе не подходит. А вот «Тьма»…

— Ты ходишь по тонкому льду, капитан, — тихо сказал Серафим, — Не испытывай судьбу сверх меры.

Выходя из лифта обратно в клуб, Иван почувствовал, что перчатка комма завибрировала. Вызов с незнакомого номера, и опять частная коммуникационная сеть:

— Здравствуйте! Прослушайте рекламу, чтобы ответить на звонок. Компания АБА-Фарма предоставляет пилюли для того, чтобы изменить запах ваших…

— Отключить рекламу, — произнес капитан.

— Если вы скрываете рекламу, то звонок будет платным для вас.

— Принимается. Зимородков. Слушаю…

— В кафе с собакой нельзя! — с китайским акцентом воскликнул молодой парень, протирающий мокрой тряпкой клеенчатый стол.

— Это не собака, это сотрудник, — невозмутимо сказал Иван, проходя в дальний угол забегаловки.

Привлеченный шумом, из-за стойки вышел Старый Чоу с полотенцем на плече. Дохромал до дознавателей, узнав капитана, улыбнулся, коротко кивнул ему, принял заказ, погладил пса и пошел назад. Проходя мимо своего возмущенного работника, замахнулся на него полотенцем и что-то промяукал по-китайски.

Через несколько минут роботам принесли баллоны с топливом, а Ивану большую тарелку китайской лапши. Пёс, ровно сидящий на соседнем стуле, покосился на тарелку и сглотнул.

— Тоже хочешь? — спросил Иван. — Уважаемый, принесите еще большую тарелку рамена. Тебе с говядиной? Значит с говядиной. Тебе острый? Нет, ему не острый. И мне бокал пива, — потом внимательно посмотрел на терпеливо сидящего пса, — два бокала пива.

— Булка, ты чего такой грустный? — попивая топливо через трубочку, спросил Чингиз.

— Я не грустный, — пробасил большой робот, — я просто задумался.

— И интересно, о чем?

— Ну вот люди, — начал Булка, — жили-жили, а потом сделали нас, искусственных личностей. Чтобы мы помогали или, например, защищали людей. А потом представим, что все люди умрут. И останемся только мы, роботы. Будем жить-жить и придумаем как выращивать людей, чтобы они уже нам помогали. И я вот думаю, может, уже раньше было такое? Может, уже была цивилизация роботов?

Иван с Чингизом молча уставились на Булку.

— Чего? — нахмурившись, спросил тот.

Но в этот момент принесли тарелку с лапшой, поставили ее перед псом. Иван ободряюще кивнул, и гизмо стал аккуратно, как будто пытаясь не заляпать стол, чавкать раменом.