А долго ждать и не пришлось.
Спустя несколько дней после стычки с соседями, Киндрок всё же явился ко мне. Я всегда просыпался в такие моменты, словно по особой чуйке и этот не стал исключением.
Разговор Киандр начал с похвалы. Тот факт, что я не стою на месте, а осуществляю свои грандиозные планы, его безумно радовал, однако, сразу же после этого он поспешил мне напомнить, кто убил всю «мою» семью и Грегора. Так он видимо пытался поддерживать потенциальную ненависть к экзо.
— Я думаю, тебе нужно поторопиться, друг мой, — его глаза таинственно сверкнули в темноте, — я и без того ждал слишком долго.
— Нет, я только в начале своего пути, — один лишь отказ мог вывести моего собеседника из себя, но это мне и требовалось, — сначала нужно заняться производством, что я собственно и делаю. По моим подсчётам, это дело займёт несколько лет.
— Несколько лет? — злобно прошипел Киндрок, — ну уж нет, друг мой, столько времени у тебя не будет. Настоятельно советую поторопиться.
— А иначе никак, спешить некуда, — я равнодушно развёл руками, почувствовав при этом как моего гостя покидают последние капли терпения, и я был прав.
Его глаза ещё раз свернули, после чего он демонстративно поднял руку и сжал ладонь в кулак. Следом за этим жестом я почувствовал острую боль в сердце. Киндрок медленно поворачивал руку то влево, то вправо, от чего боль становилась сильнее. Мне даже показалось, что ещё мгновение и он вырвет моё сердце, но, как и всегда, вдоволь насладившись моими страданиями, Киндрок остановился. Убивать меня он явно не хотел, только лишь припугнуть. Отдам этому ублюдку должное. Он всегда чувствовал ту тонкую грань между жизнью и смертью, что помогало ему вовремя остановить пытку.
Сделав несколько лёгких шагов в мою сторону, он заговорил:
— А теперь слушай сюда. Я понимаю, что ты подрос и почувствовал свою силу, но запомни: условия диктую я, а никак не ты. Твоя жалкая жизнь в моих руках, причём в самом прямом смысле, как ты можешь поглядеть, — он с ухмылкой сжал руку в кулак, как бы напоминая, что в любой момент может всё повторить, — это был последний раз, когда я терплю от тебя дерзость. Знай своё место. Я ненавижу ждать, но ещё больше я ненавижу, когда кто-то впустую тратит моё время, — он подошёл к открытому окну и посмотрел вдаль, — я даю тебе ровно один год и ни дня более. Либо ты сделаешь то, что мне обещал, либо тебя постигнет участь хуже смерти. Жизнь за жизнь, таковы правила. Каждый твой глоток воздуха, мой тебе подарок, и всё, что я прошу в качестве благодарности — голова главнокомандующего. А теперь, смотри.