— А ты ничего не попутал? У Миры есть жених — Леннарт Торвс. Если это всего лишь твоя прихоть, которую ты взял откуда-то из своей головы, то увы — жаль мне тебя, Роланд.
Отец снова усмехается, показывая клыки. После приёма в доме Альден, со мной поговорил отец, замечая мою одержимость на беловолосой девчонке. Я не стал утаивать, ведь уже тогда понял окончательно — Мира моя. До сих чувствую вкус её губ и едва сдерживаюсь, чтобы не ворваться и не похитить её.
— Не хочу тебя огорчать, но брака с Торвсом не будет, потому что Мира истинная моего сына Роя, — парирует отец.
Глаза Марвина становятся ещё ярче, и в кабинете накаляется атмосфера. Злится.
— Из ума выжил, Крэйвен? — грозно произносит, вставая и хватаясь за стол обеими руками. — Истинная? Мира?
— Спроси у своей дочери, — улыбается отец, показывая клыки.
— Где Мира? — спрашиваю мрачно. Мне начинает надоедать этот разговор.
Отец уговорил меня действовать по его плану и сначала поговорить с Марвином. Мой же план был прост — ворваться в их особняк и силой забрать оттуда мою истинную.
Марвин Альден переводит на меня разъярённый взгляд потемневших глаз с желтизной. Как интересно, они у него темнеют, а только после этого проявляется жёлтые искры.
— Какого чёрта твой щенок интересуется моей дочерью? — смотрит на меня.
— Я тебе уже сказал, что она его истинная. Как и Рой — истинный твоей дочери.
— Да что ты несёшь вообще? — он переводит взгляд на отца.
Встаю с кресла и поднимаю низ белой рубашки. Демонстрирую ещё красную, но уже принявшую очертания метку.
— Она Миры, — ухмыляюсь злобно, наблюдая, с каким раздражением и неверием смотрит на неё Марвин. — У Миры такая метка же на внутренней стороне правого бедра.
Он переводит на меня разъярённый взгляд и цедит сквозь зубы:
— Щенок. Откуда ты знаешь, что и на каком участке тела моей дочери находится?
Усмехаюсь и смотрю прямо на её отца, бросая вызов.
— Вы хорошо вырастили свою дочь для меня. Мне приятно, что я был первым мужчиной у Миры.
И тут в воздухе что-то лопнуло. Напряжение. Бледная кожа на лице старика стало багровым.
— Сопляк, да как ты… — его голос пропитался ядом.
Чувствовал, что ещё чуть-чуть, и он бросится на меня, а я этого только и жду. Этот высокомерный старик меня раздражает.
— Завтра я приеду за Мирой, и лучше вам отдать мне мою истинную по-хорошему, — произнёс я, чувствуя, как зверь внутри меня жаждет крови.
Кинул взгляд на отца, и вышел из кабинета. Пусть эти двое дальше сами разбираются, а мне нужно остыть. Выхожу на улицу, стою, смотря на заходящее солнце, сунув руки в карманы брюк.