А что я такого сказала? И на что он рассчитывал? Разложила по факту все его недостатки. И то, что меня тревожит.
— Зачем ты везешь меня к себе домой? — задаю ещё раз этот вопрос, скрещивая руки на груди, когда заканчиваю пить чай.
— Я уже озвучивал свои планы, — отвечает он, блуждая по мне тёмными глазами.
— То, что собираешься меня, кх-м… Заниматься со мной сексом? — краснея, произношу это слово.
— Трахать, — ухмыляется он как-то злобно.
Вспыхиваю ещё больше. Мне и так было жарко от горячего чая, то сейчас я просто начинаю гореть.
— Грубиян, — отвожу взгляд. — И ещё хочешь, чтобы я тебя не боялась. Я могу отказаться от этой поездки? Не очень хочется оказываться в твоём доме и чтобы меня там… имели.
Он поднимается и медленно шагает ко мне, останавливается и наклоняет голову. Его чёрные волосы падают ему на лоб, а в глазах мелькают искры.
— Не можешь, Мира. И это не предложение, — скалится.
Я чувствую, как он злится. Сжимает челюсти и смотрит на меня сверху вниз. Даже когда злится — красивый.
— О, я уже поняла, что ты любишь, когда всё, по-твоему. И мои желания тебя не волнуют. Раз ты вписал меня в свои невесты без моего согласия, то могу я хотя бы на правах невесты, попросить ответ на свой первый вопрос: на кой чёрт ты везёшь меня в своё логово, Крэйвен?
Он резко поднимает меня со стула и вдавливает в своё тело, сильно сжимая плечи своими огромными ручищами.
— Ты слишком много говоришь, Мира, — шепчет мне и наклоняется.
Меня настораживает, что он практически не отвечает на мои вопросы. И ведёт себя как тиран.
— Я буду говорить столько, сколько захочу. Привык, что все перед тобой пресмыкаются, чувствуешь себя королем. И думаешь, что тебе всё позволено, — шепчу ему в губы. — Но я не вещь, а человек. Вы все… — задыхаюсь от накативших эмоций, — только и делаете, что используете меня в своих целях! Отец как разменную монету, а ты…
Чувствую подступившую влагу на глазах и замолкаю. Толкаю его в грудь и хочу сейчас где-нибудь спрятаться от него, но он пресекает мои жалкие попытки. Отворачиваю лицо, по щекам уже потекли слёзы.
Рой рывком подхватывает меня под бёдра и сажает на стол. Вскрикиваю.
— Отпусти… Хватит! — его руки притягивают меня ближе за талию. А после он нежно пальцами касается моей щеки, стирая влажные дорожки.
— Не плачь, — говорит утробно, будто и не он вовсе, и таращится таким странным и слегка жутким взглядом пожелтевших глаз.
А после просто утыкается в шею и крепко обнимает. Не могу дышать от странной и волнительной нежности. От резкой перемены настроения Роя прихожу в себя и перестаю плакать. Только что он готов был меня прибить, а сейчас пытается успокоить?..