Боже, я же просто как дура поддалась инстинктам, расплылась лужицей перед тем, кто столько времени не давал мне спокойно жить…
Перед этим ненормальным психом!
И как мне теперь всё исправить?..
Рой покрывает поцелуями моё лицо, спускаясь ладонями ниже по телу, ощупывая каждый миллиметр. Кусает меня за ключицу, и я вскрикиваю. Меня снова бросает в жар, но я упираюсь ладонями ему в плечи, пока он вновь не подчинил меня себе.
— Постой… — говорю срывающимся голосом. Парень переводит на меня затуманенный и кажется, вновь голодный взгляд. — Я… Мне надо в душ…
Он громко втягивает носом запах моих волос, кусает за мочку уха. Тихо выдыхаю.
— Рой…
Он рычит и откидывается спиной на матрас, давая мне подняться. Я хватаю первую попавшуюся вещь и, прикрывшись ей, иду в сторону душа на ватных ногах. Закрываюсь в душевой и дрожу всем телом, лихорадочно думая, что мне делать дальше.
Рой меня не отпустит... Я теперь навечно привязана к нему. Нужно было сразу всё рассказать отцу, а не доводить до такого! Теперь, я даже не знаю, кого мне бояться больше — отца или Роя. Папа ненавидит Крэйвенов. Он никогда не отдаст меня им, скорее, заточит в каком-нибудь подземелье… Или просто убьёт.
В мою голову лезут ужасные мысли, которые поселяют в моей душе страх и панику. Сжимаю руки в кулаки, чтобы унять дрожь. Мне хочется бежать. Спрятаться где-нибудь, и чтобы меня никто и никогда не нашёл!
Наспех моюсь и, укутавшись полотенцем, выхожу. Рой не сводит с меня мрачного и безумного взгляда. Замираю у противоположной стены. Не знаю, о чём он думает в этот момент, мне не нравится его вспыхнувшая энергетика, которая придавливает меня к полу.
Он всё ещё полностью обнажен, и я отвожу взгляд. Вид голого Крэйвена слишком смущает и заставляет вспоминать то, что мы делали буквально пятнадцать минут назад. Рой поднимается с кровати и подходит ко мне, проводит пальцами по щеке и припадает к моим губам, придавливая меня к стене. Его руки стискивают мою талию. Ощущаю их жар даже под тканью полотенца.
Отстраняется и в его глазах пляшут жёлтые искры.
— Ты теперь моя, Мира, — шепчет он, и меня это пугает настолько, что воздух в лёгких неожиданно куда-то девается.
Ножом режут его слова, поселяя во мне ужас.
А затем оставляет меня стоять у стены, скрывшись за дверью душевой комнаты.
Судорожно выдыхаю, хватаясь за спинку стула.
Боже мой…
Цепляю глазами чёрную толстовку Роя на замке и незамедлительно надеваю на себя. Она очень большая и мне доходит до колен, прикрывая голые ноги. Тихо выхожу из комнаты и иду к выходу из домика, натягиваю первую попавшуюся обувь. Не с первой попытки открываю дверь с электронным замком.