— Грёбанный ты психопат, — шепчу я ему, дрожа всем телом от сковавшего холода.
Рой оскаливается и сокращает между нами расстояние так стремительно, что я пугаюсь и делаю небрежный шаг назад, цепляясь каблуком о корень дерева. И понимаю, что лечу вниз. Вскрикиваю от неожиданности, когда соприкасаюсь спиной с влажной поверхностью, разлепляю глаза. Рой навис сверху, придавливая меня к холодной земле. Его руки подо мной смягчили удар, и только поэтому я не расшибла себе затылок.
Метка начинает неожиданно жечь сильнее, причиняя боль.
— Мира, я разве не предупреждал тебя? — рычит он мне в лицо. Дождь начинает лить сильнее, и теперь капли с волос Роя падают мне на лицо. — С кем ты ещё была помимо ублюдка Торвса?
— Отстань от меня! — дёргаюсь в его хватке, хочу выползти.
Он наклоняется к моей шее и ведёт носом, удерживая меня своими лапищами. Слышу, как рычит, спускаясь чуть ниже. Замирает на долгие секунды, а я не смею дышать. Его руки опускаются ниже по моему телу, замирают на бёдрах. Обжигающее прикосновение разносит по всему телу электрический разряд. Я забываю, как дышать. Он резко раздвигает мои ноги, устроившись между ними и кажется, смотря на пульсирующую покрасневшую метку. Платье задралось, открывая ему прекрасный вид.
Рой замирает на долгие секунды, а после переводит на меня разъярённый взгляд:
— Кто посмел пометить тебя?!
Ошарашенно таращусь на него, не совсем понимая, что он имеет в виду под этим своим вопросом. Хочу сдвинуть ноги, но он не позволяет.
— Это его? Торвса? — зловеще нагибается к моему лицу, стискивая ладонью мою шею. — Отвечай, Мира.
— Ты серьёзно?.. — шепчу ему в лицо, всё ещё не понимая его реакции.
Он реально не понял, что метка его? А говорят, что хищники намного умнее обычных людей…
— Мира, — рычит он, сильнее стискивая руку и шее.
Интересно, если я скажу ему, что она Торвса или кого-либо ещё, то он задушит меня? Вот будет забавно, когда он поймёт, что собственными руками убил свою истинную пару.
— Пусти, — дёргаюсь, упираясь руками в его плечи, — урод. Ты ненормальный. Только и можешь мучить меня и причинять боль! — во мне вскипает гнев, заменяя собой страх. — Психопат грёбанный! Я тебя ненавижу, понял? Слезь с меня!
Рой тяжело дышит, сжимая челюсти с такой силой, что желваки на них начинают ходить ходуном. Ноздри расширяются от порывистого дыхания, а в глазах полыхает адское пламя.
Поджимаю губы, больше не в силах сдерживать свои эмоции, которые копились долгие месяцы. Слёзы текут из глаз, смешиваясь с каплями дождя, и я их закрываю, чтобы не смотреть в глаза человека, которого ненавижу в этот момент больше всех на свете.