О, это ж те девчонки, которые зажимали меня на крыше академии, и предводительница их здесь, кажется, Лара. И с ними ещё парочка других девок и даже какая-то огромная полу-лысая мадам, похожая издалека на парня. Они все недовольно взирали на одну персону, сидящую у противоположной стены на задней парте. Рыжеволосая хищница лениво откинулась на стул, закинув ноги на парту и ухмылялась, безразлично хмыкая каждый раз, когда Лара кидалась в неё угрозами.
— Думаешь, раз ты выше нас в чём-то, то имеешь право делать всё, что вздумается? Ты дрянь, рыжая. Мой отец намного богаче твоей семейки, вылезших из трущоб, — её противный голос заполнил всю аудитории, и все без исключения наблюдали удивлённо за этой перепалкой. — Как ты посмела поднять на меня руку? Посмотри, что ты натворила! — она оголяет плечо, на коже которого налеплен пластырь. — У меня может остаться шрам!
— Скажи спасибо, что не на лице. В следующий раз затушу сигарету именно об одну из твоих милых щёчек, — хмыкает Алекс, продолжая ухмыляться.
Мои глаза, как и Лины, лезут на лоб. Всё же с хищниками лучше быть поосторожнее.
Интересно, что такого сделала ей Лара?
— Слышь, — голос крупной девахи слегка нагоняет тревожности, — за базаром следи.
— Тише, малыш, не напрягайся ты так, — продолжает подливать масла в огонь Алекс.
И они устраивают разборки прямо перед лекцией? Вообще ничего не боятся.
— А кто это? — шёпотом интересуюсь у Лины.
— Не помню, чтобы вообще видела её раньше, — отвечает подруга также тихо. — Мне кажется, что она вообще не из нашей академии.
А что, в академию могут входить посторонние? Странно. Лекция начнётся через десять минут, преподаватель всегда опаздывает. Что может произойти за это время?
Но всё ж холодок пробегает по коже, когда крупная девчонка наклоняется к Алекс и хватает её за ворот чёрной рубашки, заставляя подняться с места.
— Курица, ты сейчас будешь извиняться, — бухтит она ей в лицо.
— Заставь, — оскаливается она, впиваясь ногтями в её кисть.
Праведный гнев неожиданно появляется у меня буквально из ниоткуда. Порывисто подрываюсь с места, стул с грохотом падает спинкой вниз, привлекая внимания всех.
— Не стыдно?! — спрашиваю я громко, смотря на верзилу.
— Чё? — она хмурится.
— Устраиваете разборки прямо в академии. Ещё и всей шайкой пришли на разборки к одной девушке. Хотя, чему я удивляюсь? Вы же по-другому не умеете.
Чувствую, как Лина тянет меня за руку, чтобы я села и не лезла не в своё дело, но уже поздно. Поэтому, выпрямив спину и задрав голову, я двинулась к задним партам, скрестив руки на груди. Хотя ладони мои сейчас покрылись холодным потом, а сердце бешено колотилось в груди от появившейся тревоги. И вот я стою напротив всей этой шайки, пытаясь всем своим видом пристыдить их действия, но они почему-то от этого будто только звереют. Деваха отпускает слегка удивлённую Алекс, разворачивается ко мне.