— Где ты сейчас? Я отправлю за тобой водителя из академии.
— Пап, дай мне полчаса, пожалуйста. Я хочу зайти в художественный магазин.
— Полчаса, Мира, не больше!
Отец сбрасывает звонок. Кидаю телефон в сумку. Настроение в конец, испорчено. Чувствую себя настолько паршиво, что хочется нырнуть в этот пруд головой вниз и утопиться. Пинаю небольшой камушек в прозрачную воду, который, издав булькающий звук, пропадает в глубине.
Лина громко вздыхает, косясь на моё хмурое лицо.
— Пойдём скорее в художественный магазин. Я видела его по пути сюда.
Я молчу и продолжаю стоять.
Интересно, настанет когда-нибудь тот момент, когда смогу стать по-настоящему свободной?
— Мира, — Лина берёт меня за руку. — Твой папа просто переживает за тебя.
— Ага, конечно, — проговариваю с сарказмом.
В итоге быстро шлепаем до того самого магазинчика, где я набираю себе полные руки художественных принадлежностей. Перед тем, как отправить папе адрес, мы успеваем заглянуть в соседний сувенирный магазин. Обнаруживаю в нём для себя интересную серебряную подвеску с маленькой птичкой в клетке. Для меня — самое то.
Даже как-то грустно смотреть на неё. Но, как ни крути, всё равно цепляет, и я, не раздумывая долго, покупаю.
Водитель приезжает как раз в тот момент, когда мы выходим из магазинчика. Прыгаем с Линой на заднее сиденье и едем всю дорогу молча. Дома разбредаемся по своим этажам.
Раскладываю свои покупки на полку и думаю о том, что ждёт меня дальше. Папа контролирует меня даже за сотни километров от дома. Скоро он найдёт мне пару и заставит выйти замуж. Позволит ли он мне хотя бы окончить академию?
А если женихом окажется какой-то старик или садист наподобие Роя? Не жизнь, а самая настоящая пытка. И такое будущее удручает меня сильнее, чем всё остальное.
Но я очень надеюсь, что папа испытывает ко мне хоть немножечко отцовской любви и подберёт для меня хорошего человека в мужья. Возможно, он будет ко мне хорошо относиться и окажется добрым человеком, с которым я смогу почувствовать, наконец, заботу и любовь.
На этой мысли принимаю душ. И мне становится легче, когда я стою под прохладными струями воды. После заворачиваюсь в махровый длинный халат. Кидаю взгляд в зеркало, на свою шею. Отметины от пятерни Роя полностью сошли, и больше мне не придётся прятать их одеждой с высокими воротниками. Легонько дотрагиваюсь пальцами, всё ещё будто ощущая неприятный жар. Ёжусь, вспоминая жуткие жёлтые глаза, от которых у меня липкие мурашки по коже бегут.
Просушиваю легонько волосы под феном.
Хотели с Линой посмотреть сегодня какой-нибудь фильм и погрызть чего-нибудь вкусненького, но сошлись на том, что лучше выспаться хорошенько после тяжёлого дня и вечера. Завтра собираюсь порисовать. Это меня успокаивает и рассеивает мои тревожные мысли.