— Эка, завернул. — Парень рассмеялся. — Тогда тебе или на научный коммунизм, или на философию. — Он протянул руку. — Виктор, а это Надя, Лена и Анна.

— Не. — Никита пожал руку и представился. — Я тоже люблю простые решения.

— А я тебя знаю. — Рыженькая тряхнула волосами. — Ты Калашников, который банду арестовал. — Она повернулась к подругам. — Ну помните, зимой было. Они ещё женщину при ограблении убили.

— Было. — Виктор кивнул. — И этот человек только что распинался о том, как плохо служить в милиции!

— Так я там и не служу. — Никита усмехнулся. — Но смотреть как какая-то мразь, устанавливает свои законы поверх наших, советских, не могу. — Он переложил свёрнутый пиджак в другую руку, и ордена слегка звякнули.

— А ещё ты тоже каких-то бандитов арестовал.

— Да те вообще придурки. — Никита вздохнул. — Хотели меня ограбить, ну и получили… Сначала от меня, а затем от судьи.

— Много дали? — Поинтересовался Виктор.

— Там за ними ещё много чего оказалось, так что да. Влепили на полную. Вышку[1]. Пока говорят живы, но знающие люди утверждают, что недолго. Роман Андреевич, же специальное распоряжение издал, чтобы не доказывали сверх максимального наказания. Есть на вышку, ну и извольте на суд. Чего зря время тянуть?

Рыжая Надя, точно знавшая что Роман Андреевич — это генпрокурор Руденко, только слегка оторопела, но внешне никак не проявила реакцию.

Никита бросил взгляд на часы.

— Прошу прощения, но мне пора. — Он развёл руками. — Сегодня был довольно хлопотливый день, и завтра у меня такой же, так что я поехал. Иначе завтра буду клевать носом.

Он кивнул дамам, пожал руку Виктора, и пошёл к дороге, где его ждала машина, уже успевшая поменять дверцу.

— Интересный товарищ. — Задумчиво произнёс Виктор, глядя вслед уезжающей машине.

— И так старательно прятал ордена… — Шатенка Лена хихикнула. — У меня брат, получил почётный знак «Отличник охраны порядка» как член Рабочей Дружины, так он его даже на футболку надевает.

— Интересно куда он всё же соберётся поступить. — Аня, вздохнула. — Хорошо бы к нам на юрфак.

О поступлении Никиты думали и серьёзные дядечки, мирно кушавшие шашлык на госдаче в Покровском, где отдыхали правительственные чиновники, когда им требовалось переговорить без свидетелей.

Они успели обсудить реформу вооружённых сил, согласно новой доктрине применения ядерного удара, изменение структуры государственных запасов и расширение спецотдела, который теперь кроме охоты за инопланетянами, в связи с тотальным ксеноцидом последних, начинал заниматься противодиверсионной и противопартизанской деятельностью, как наиболее боеготовое подразделение КГБ.