«И осьминоги!» — воинственно добавил бог.

И осьминоги…

— Так! — Косарь решил вмешаться в нашу разборку. — Мы тут базарить собрались или рожу друг другу бить?

— Одно другому не мешает. — Я пожал плечами и с насмешкой посмотрел на лысого. — Поэтому у твоей шестерки теперь два выхода: принести извинения за оскорбление или выйти со мной один на один.

Косарь поморщился и злобно зыркнул на Валеру. Получится нехорошо, если я начищу тому рожу при всех собравшихся пацанах. Это может намекнуть некоторым, за кем тут сила.

— На кулаках? Без пыли? — уточнил Косарь.

— Без разницы.

— Тогда на кулаках. — Главарь перевел взгляд на Валеру. — Готовься. После переговоров выйдете один на один.

— Сука… — лысый смачно сплюнул на землю, бросил на меня многообещающий взгляд и пошел к своим пацанам.

— Эй, ты куда? А как же переговоры? — хохотнул Аке.

Валера резко затормозил, дернулся, подумав вернуться, но, видимо, решил, что это будет глупо выглядеть, и с гордым видом продолжил движение. Господи… вот что значит «право сильного» в подростковой среде. В верхушку могут выбиваться и подобные безмозглые личности.

Я же распробовал еще одну семечку и решил перейти к сути дела.

— Значит, вы теперь под Шершнем?

Неожиданный вопрос почти выбил парня из колеи. Но он быстро взял себя в руки и хмыкнул:

— Мы равноправные партнеры…

Я едва сдержал улыбку.

— Ну да, ну да… галантерейщик и кардинал — это сила.

— Че?

— Ниче. Книги читать нужно. Ладно… как понимаю, тебя прислали выставить нам условия, верно? — я увидел нахмурившуюся физиономию Косаря и быстро поправился: — То есть ты сам решил выставить нам какие-то условия. Так лучше?

— Не устраивай тут клоунаду, — сквозь зубы проговорил Косарь.

— Да я и не собирался. Просто не ожидал, что столь мощное формирование, как молодежные банды Петербурга, так спокойно ляжет под обычного бандюгана. Мне-то казалось, что у вас есть какие-то принципы, идеи, замыслы. Что вы будете защищать таких ровных пацанов, как Зява, а не сдадите их при первой возможности.

На лице молчавшего Фила проскользнула тень сомнения. Он хоть и был таким же отмороженным, как и Валера, но все же имел придерживался каких-то пацанских принципов. По крайней мере, так говорил Аке.

— Это пацан из твоей банды — тебе и отвечать, — парировал Косарь.

— Это пацан, которого убил твой сраный союзничек! — воспоминания о парне пробудили злость где-то внутри. — Причем грохнул его по полному беспределу!

— А ты ответил шестью смертями… может, на этом достаточно проливать кровь? Полицаи только и ждут повода повязать всех нас за очередную потасовку.