Знаю я твои десерты, Ольга Михайловна. Ты меня восьмого марта чуть до отвала не накормила, хорошо хоть ума хватило отказаться от нежданной трапезы.

Или съездить полакомиться? Почему нет? В прежней жизни такого обилия сладкого на меня за пару лет не сваливалось, а тут вон чуть ли не каждый день предложения поступают. Начинаю ощущать себя героем-любовником, роковым мужчиной. Как одна моя знакомица выражалась — «альфачом».

Впрочем, не стоит себе врать. Кем я был, тем и остался. Просто у каждой из женщин, что попали в мою орбиту, шебаршатся в черепной коробке свои личные тараканы. Ряжская по сути своей победитель и хищница, ей нужна моя голова, дабы повесить ее в зал личной славы. Мезенцева сама не знает, чего хочет. Виктория… Просто мне довелось оказаться в нужное время и в нужном месте, вот и всё. Оттаяла Снежная Королева, снова ощутила себя живой и настоящей, а я в этот миг был к ней ближе других.

Светка… О ней вовсе не стоит вспоминать. Она — прошлое, которое уже никогда не станет будущим.

В общем — десерты кушать не поеду. У меня других дел полно.

— Рад бы, да не могу, — скорчил печальную рожицу я. — Время не ждет. Но — приятного аппетита, желаю хорошо отдохнуть.

— Ну, может, в следующий раз, — мягко улыбнулась Ряжская. — Прости, Сашенька, но наша любовь всё еще впереди, ты просто этого до сих пор не понял. Ты все думаешь, что я тебя пытаюсь под себя подмять, в переносном смысле, разумеется, сделать из тебя бессловесного исполнителя. А всё ведь совсем не так. Просто увидь уже во мне друга — и картина предстанет в совсем другом свете. К тому же я дала слово, что более тебя примучивать к сотрудничеству не стану. И я его сдержу.

— Подумаю над вашими словами, — без тени насмешки пообещал я, облобызал ее ручку, шаркнул ножкой, и удалился из кабинета прочь, чуть не врезав дверью по лбу Юленьке, которая, несомненно, подслушивала нашу беседу.

Молодая еще, неопытная. Не знает, как такие вещи правильно делать. Вернее — когда подобное делать вообще не следует.

Что до Ольги Михайловны… Надеюсь, она в самом деле собирается сдержать данное мне слово. Это ведь не в моих, это в ее интересах. Мне-то как раз обратный результат выгоден. За ее душу Морана мне какую-нибудь древнерусскую базуку в качестве премиальных выпишет. Или танк модификации «емелина печь» презентует, с говорящей щукой в придачу.

Надо было бы напоследок еще к моим подругам-коллегам заглянуть, но я этого делать не стал. Долгие проводы — лишние слезы. Хоть мы и собачились через два дня на третий, но я на самом деле душевно привязался к этим двум занозам. Потому не хочу говорить глупые и банальные фразы, выслушивая в ответ всё то же самое. Неправильно это. Может, потом, когда все перегорит и золой покроется, зайду, но не сейчас. А пока из дома закажу им торт килограмм на пять-семь, с доставкой. Самый такой, с кремом и цукатами, как они любят! Пусть им всю неделю питаются. И шампусика пять бутылок, того, что подороже.