— Ложись, — меня опрокинули на поверхность только что покинутого спального пузыря.

Я с довольным видом плюхнулась на спину и приготовилась… удивиться. Как-никак Риах впервые решил сам сделать что-то необычное для меня. Эх, с учетом наших реалий приравняю это к первому букету цветов. Судя по межполовым взаимоотношениям, подобное у них не в ходу.

Мужчина же, ограниченный временными рамками, тут же склонился над моим телом. Его тонкие пальцы заскользили по завиткам бледно-серых узоров, приятно щекоча и возбуждая. Изредка, в местах, где непонятные завитки образовывали небольшие узелки, белокожий прикасался к моей коже губами, с каждым таким разом острой вспышкой чувственных ощущений убеждая меня в том, что именно там располагаются эрогенные зоны. Я уже откровенно «плыла», с учетом потребленных за завтраком возбуждающих компонентов пищи желание нарастало со скоростью прилива. Голова слегка кружилась, поверхность тела превратилась в некую жаждущую прикосновений материю, глаза были зажмурены, позволяя мне всем существом погрузиться в невероятно приятные ощущения, дыхание становилось все более отрывистым.

Руки и губы Риаха уделили особое внимание моей груди, заставив соски напряженно и откровенно выпятиться, безмолвно умоляя о ласке. Но белокожий не мог уделить им много внимания, хотя периодически и возвращался, чтобы обхватить влажной теплотой своего рта и усиленно пососать, заставляя меня подаваться грудью вверх, навстречу его губам.

Внимание мужчины уже переключилось на мои бедра. Риах руками согнул одну мою ногу в колене, заставляя развести ноги в стороны, открываясь его взгляду. И сразу за взором алых глаз в мое лоно скользнули его пальцы, отзываясь внутри меня волной нетерпения. Непроизвольно качнула бедрами, стремясь почувствовать мужчину в себе глубже, соприкоснуться с его телом большей поверхностью своей, уже влажной кожи. Риах тут же переместил мне на живот вторую ладонь, фиксируя на месте, не позволяя двигаться.

— Ма-рина, — донеслось до меня его укоризненное шипение.

И я тут же сдалась, прекрасно понимая, что ради того, чтобы он продолжил начатое, соглашусь на все. Тем более что сейчас требовалось только наслаждаться.

Дальнейшее изумило меня еще больше. Тщательно, не обделив вниманием ни одного сантиметра внутри меня, Риах потерся шероховатой поверхностью своих пальцев о внутренние стенки моего лона, заставив (от пронзительно острых ощущений) напрягаться как струна, замирать в едва сдерживаемом предвкушении. Не имея возможности двигаться, я начала стонать, лепеча что-то несуразное, призванное только ободрить его. Риах в ответ довольно шипел и сам уже откровенно терся своим твердым членом о мое бедро.