…Так, на часах самое время сказать «прости, прощай» рабочему креслу! Короче — пора и честь знать. Дома меня уже дожидается свежий обзор на будущую премьеру горячо ожидаемого мной фильма!
Однозначно — предстоит запастись соленым попкорном и прохладной газировкой!
Потянувшись я как следует похрустел спиной, при этом издавая звуки такого неземного блаженства, что брови Игната, сидящего за столом напротив, слегка дернулись и поползли вверх.
— Что, отстрелялся? — усмехнувшись понимающе кивнул начальник.
— А то как же! Знаешь, помимо работы есть еще и личные дела. — подмигнул я ему.
Настроение было отличным и попрощавшись с Игнатом (кстати, латентным любителем задерживаться лишний раз на работе), я быстро и чуть ли не вприпрыжку прошел к лифтовому холлу, молясь про себя, чтобы хоть на этот раз обошлось без чудовищной давки в кабине лифта.
Но нет, мои молитвы не были услышаны, народу в лифт набилось как сельдей в бочке и едва мы поехали, как моя голова тут же начала терять ощущение пространства. Попросту говоря — кружиться!
Однако, на этот раз обошлось без микро-обмороков. Кое-как я дотерпел до первого этажа и тут же пулей выскочил из лифта, миновав пропускной пункт с суровым как никогда охранником.
— Даа, чистый воздух! — вдохнул я полной грудью.
Как обычно, я не цеплялся за перила при спуске с лестницы и лишь краем сознания отметил всю ту же обледенелость на ступеньках, что и была с утра. Возмутительно!
При всем при этом, спускался достаточно быстро, я бы даже сказал — опрометчиво быстро! Фатальная ошибка!
Ступая на предпоследнюю ступеньку, я никак не рассчитывал, что идущий навстречу мужчина не пропустит стремительно спускающегося меня (хотя обычно все пропускают), и тут же почувствовал легкий толчок под правый локоть, одновременно с толчком мужчина тихо прошептал:
— Простите.
— Чег…? — только и успел я сказать в ответ на это странное извинение, одновременно поскальзываясь и заваливаясь спиной назад.
Я так и не смог закончить свою фразу, сознание померкло быстрее чем я смог издать из себя еще хотя бы один звук.
Последней моей сознательной мыслью было настрочить километровую жалобу на чертов клининг, пренебрегающий своими обязанностями! И я этим всенепременно займусь…когда очнусь!
Пробуждение было чертовски неприятным и тяжелым. Действительно тяжелым — куда тяжелее предыдущего.
Начнем с того, что зрение работало странно, какими-то перепадами: то резко фокусируясь на объектах, то наоборот — полностью утрачивало фокусировку. Как будто «вертолет» перед сном словил. Только с открытыми глазами.