— Ну, как тебе помощница? — спросил я у Барбары. Валерия Львовна злобно смотрела на меня на расстоянии. Выглядела она ровесницей Агаты и Звонарёвых. Очень обиженной ровесницей.

— Поначалу строила из себя госпожу Жасмин и даже пробовала подчинить. Отказывалась работать. Так что я просто защитила от неё урожай, а при попытках кражи бросала в крапиву или другую колючую культуру. Потом лечила. Но есть дала только после согласия на работу.

— Хорошо, ты умница. Её оставить тебе в помощь или не нужно?

— Она умна, но не хочу её здесь видеть. Какая-то она немотивированная. Вот мужчину бы мне, — произнесла бывшая подручная Жасмин без намёка на смущение, — или Трамвая как-то очеловечить. Пусть без духа, но я не отказалась бы и от такого компаньона. Но полноценного.

— Кхм, зачем? — всё же спросил я.

— Понятное дело, что для *цензура*, — сматерилась та, кто учил русский исключительно по весьма литературным источникам или фильмам.

— Откуда ты это слова-то узнала? — удивился я.

Барбара оглянулась на Валерию Львовну.

— Понятно, от носителя, вернее переносчика, — понял я. — Но лучше это называть «любовью», как-то красивее.

— Как не называй, всё одно обозначает, — продолжила сверлить меня взглядом древняя уроженка Римской Империи.

— Если помогу Трамваю, не факт, что его личность будет рада здесь находиться, да и сомневаюсь я, что это сработает. Но детей от него точно не будет.

— Потомки у меня есть. Мне он не для этого. Для отдыха. Я хочу так отдыхать.

— Хорошо, я обещал постараться исполнить просьбу, я исполню, — проворчал я, но уточнил. — Но в приоритете мужчина, Трамвай или любая марионетка?

— Трамвай. Я уверена, у него за годы со мной мог выработать простейший дух. Да и привыкла я к нему. Он чем-то напоминает твоего короля. Такие в моём вкусе.

— Понятно. Мукомолова, в набор, — произнёс я, а моя пленница перенеслась в инвентарь шахмат и заняла место ферзя. Только тут я вспомнил, — униформу вернуть?

— Я ей не пользуюсь, — уверенно заявила Барбара.

Я достал из инвентаря пару девятнадцатилитровых бутылей с живой водой, забрал часть урожая, чтобы его лишний раз не морозить, и вернулся в жилище.

Я вошёл в ванну.

— Ты что туда-сюда ходишь, холодно! — возмутилась Жасмин, поправляя какую-то одежду, в которой она сидела в воде.

— Уточняю, Владыка Пути Шахмат правда может покинуть лепесток только на семьдесят два дня за год по времени реальности? — спросил я, хотя мнение Духа Прошлого было вторично тому, что ответило сознание пространства.

— Да. Эти замухрышки сидят во дворце и командуют практически всегда, — проворчала брюнетка.