— А внутри есть какие-то батарейки или что-то в этом роде? Вряд ли вы туда вставляете акк, это бы точно не окупалось…

— Ну, разумеется, не акк, — Мирена предупредительно открыла передо мной дверь смотровой.

Тут мы уже были утром, когда у меня брали кровь и сканировали культю.

— От акка запитывается весь завод, это очень много энергии. В такой протез, как ваш, — а у вас довольно простой случай, всего-то нога ниже колена, — ставится совсем небольшой источник питания. Вам не нужно о нём думать, его хватит на весь срок службы протеза.

— А каков этот срок?

— Больше, чем срок службы человеческого тела, — улыбнулась Мирена. — Так что об этом тоже беспокоиться не следует. Снимите штаны и присаживайтесь на кушетку.

Я снял и сел.

— Это подзаряжаемый элемент, — продолжила женщина, — он понемногу берет энергию от ходьбы, от электромагнитных полей, от тепла и так далее. Какого-то специального зарядного устройства не требуется. Забыла спросить — волосы оставить?

— Волосы?

— На протезе. Ваша правая нога имеет выраженный волосяной покров голени. Протез можно сделать не отличающимся визуально, или безволосым, если вы планируете эпилировать правую. Женщины часто выбирают второй вариант.

— Пусть будет… э… как от природы положено, — ответил я смущённо. — А вы сами будете мной заниматься? Разве это дело директора?

— У нас очень мало персонала сейчас, режим экономии. Девушку на ресепшн видели? Это наша с Кертом дочь.

— Э… симпатичная.

— Спасибо, — кивнула Мирена, доставая из холодильника высокотехнологичный инъектор. — Я самый квалифицированный сотрудник нашей компании, не беспокойтесь.

— Я не беспокоюсь, — ответил я не вполне искренне. — Но всё же, это будет больно?

— Вы ничего не почувствуете, — женщина приставила прибор торцом к моему бедру и нажала кнопку.

Мне как будто раскалённый гвоздь воткнули в ногу.

— Ой!

— Кроме этого момента, — добавила она. — Скоро обезболивающее подействует, потерпите.

Боль действительно быстро слабеет, а нога немеет.

— А откуда у вас такие технологии? — спросил я.

— Сложно сказать. Видите ли, Лёха, я вообще-то не местная. Ребёнком потерялась на здешнем рынке, мои родители так и не вернулись за мной, я их даже не помню. Меня вырастил дед… ну, то есть я так его называю, на самом деле мы не родственники, он просто меня подобрал. Но и он не отсюда, тоже бывший путешественник, хотя успел тут прижиться и даже повоевать. Так что история этого мира для нас полна загадок. Мы не знаем, откуда взялся Завод, как давно он работал и откуда эти технологии. Восстанавливая изношенное оборудование, мы поняли, что, скорее всего, изначально оно предназначалось для чего-то другого. К счастью, конвейер легко адаптируется под самые разные изделия, от мин до детских игрушек. Когда-то мы делали отличные игрушки! Жаль, пришлось отказаться от этой линии из-за дефицита энергии. Игрушки слишком дёшевы.