Я вздохнул.
«Вот тебе и с моя стипендия на обучение у лучших педагогов империи инженерному искусству», — с горечью выдавил я. Да, мне полагался с нее процент и, наверняка, его вполне хватит, даже на оплату учебы по высшему разряду даже в столичном императорском университете…
… Как жаль, что Семья уже сделала выбор за меня.
Глава 4.
За два года до…
Переговоры зашли в тупик.
Мне они очень напомнили попытки наладить диалог с моим домашним зверем. Три дня «ласкового слова и тапка» не привели ни к чему — Барсик все так же считал, что елка должна лежать.
Я прислонился лбом к прохладному бетону, приводя мысли в порядок и пережидая очередной «псих» той стороны. Ведь переговорщик — это не только ум и хитрость, но еще и правильный выбор позиции. Не говоря уже о том, почти мифическом чутье на момент, когда действительно стоит отступить, едва ситуация накалится.
Мы отступали уже раз третий. Я слева от длинного коридора, навивающего мысль о каких-то госучреждениях, а Катюха справа.
— Вы там где, э⁈ — Проорали с той стороны.
Кажется, разговор еще не закончен. Впрочем, ожидаемо. Они не получили чего хотели, а мы еще не освободили заложников. Было нам о чем пообщаться.
Два знака в сторону напарницы. Та кивает. Я иду первым.
«Суки!», — мысленно выругался я. Стало легче. Ведь первый шаг сделать сложнее всего. Да еще и мозг задается дурацкими вопросами: а что если:
— … кто-то из придурков держит на прицеле именно мой угол?
— … кто-то из придурков начнет палить просто потому что «захотелось»?
— … кто-то уже в лице меня и Катьки задачу провалит?
Последний пункт пугал больше всего. Уж больно наши кураторы болезненно воспринимали наши ошибки. А «страдать» одни они не любили. Поэтому нам приходилось делить с ними всю боль от бездарно потраченных на наше обучение месяцев и принимать свою долю «душевных мук» так же как и другие тяготы и лишения — стойко и мужественно.
Просто выбора другого не было!
«Нарезаю пирог» вдоль угла. Оружия у меня нет — «злодеи» откровенно нервничают, когда видят огнестрел в руках переговорщика. Меня же вообще заставили раздеться по пояс, чтобы убедиться, что я пуст. Спасибо им. Могли бы и совсем до нага раздеть. И я бы пошел на это. Сейчас совсем не время демонстрировать свою стеснительность.
Качаю легкий «маятник» и тут же скрываюсь обратно — за долю секунды я успел оценить диспозицию.
Шаг вперед.
«Я мирный и безопасный, вы мне доверяете…», — крутятся в голове одни и те же слова.
— Эта где? — Крикнул бритоголовый детинушка с автоматом в руке.
— Я здесь… — Негромко ответила Катерина, тоже делая шаг вперед.