23:08 Воскресенье.

Удар в горло был «расслабляющим». Быстрым и точным, но не способным повредить что-нибудь всерьез. Именно с него я начал первый свой диалог. И лишь потом протянул:

— Здраааааасьте!

Троица придурков, изображающих крутых охранников, легла минутой раньше. Они поджидали чуть в стороне, предпочтя «прогулке» уют понтового седана-пузотерки. Поднять тревогу «бодигарды» не успели. Я сработал довольно нагло и быстро. Просто подошел и без лишних сантиментов распахнул заднюю дверь авто, садясь внутрь.

Секундная заминка — очень много для человека со скоростью восприятия раза в три выше стандартной. Не успела моя задница устроиться на продавленном сидении, а металлический прут уже удачно вошел в тело заднего пассажира. Умер он мгновенно, да и кровью салон не замарал. Аккуратность — наше все. Лбы на передних сидениях даже понять не успели, что их уже убивают, как я дотянулся до основания черепа переднего пассажира.

Водила «повезло» больше всех. Он даже успел вскрикнуть… Перед тем как сложенная клювом ладонь врезалась в его висок.

Вдох-выдох…

Все-таки немцы делают вещи. У японцев, как по мне, техника и оснащение, конечно, лучше, но вот что касается салона и, самое для меня сейчас главное, шумоизаляции, то тут они отстают, отстают.

Эмоций к тому моменту я не ощущал никаких. Меня с детства тренировали именно на это. И чем сейчас отличается ситуация от скотобойни? Никак не моим отношением к процессу, а если кто скажет, что «здесь же люди»… Отвечу: мне коровки как-то милее. Ни одна из них при всем желании не сотворит столько дерьма, сколько эти отбросы.

— Здрасьти! — Испуганно кивнул мне мужчина в очках, наблюдая за тем, как сползает по борту черной «бомбы» держащийся за горло драгдиллер.

В глазах случайного покупателя, ставшего свидетелем наших разборок, стоял ужас.

Я оглядел невысокого шатена в мешковатом костюме. Он не представляет интереса…

— … Пусть живет. — Бесстрастно закончил я свою мысль.

Тот со всем пылом закивал головой. Ему эта идея показалась очень даже неплохой.

— Пшел вон!

Опознать меня с моим «маскарадом» задача нетривиальная даже для спецслужб. Да и вызывать полицию он вряд ли станет. Я же все-таки не совсем каратель.

— Еремеев Николай Анатольевич, — просто сказал я, едва смолк шум быстро удаляющихся шагов. — Говори!

— А что говорить, я не знаю ничего… А если и знаю, то, мож, договоримся? — Заюлил тот.

— Бесишь ты меня, Бесяра. — Констатировал я, обратившись к торговцу смерти по его прозвищу.

— Ну тогда я не знаю. — Пошел в отказ он.

Хрусть.

Первая кость «порадовала» ее обладателя задорным хрустом.