Если Япония на примере портов, куда мы заходили по дороге на Хоккайдо, казалось, ничуть не изменилась за время моего отсутствия, по крайней мере внешне, то на Хоккайдо жизнь била ключом. Поселение, где мы когда-то общались с японской знатью и решали судьбу страны, сейчас напоминало муравейник и активно застраивалось.

Как выяснилось довольно быстро, благодаря тому, что фактическое руководство этой части княжества находится здесь, японские аристократы посчитали своим долгом иметь в городе собственное жилье. Говоря другими словами, они начали активно строить здесь свои резиденции или дворцы.

Староверы, надо отдать им должное, мгновенно сориентировались в обстановке, так что город здесь теперь строился по строго утвержденному плану, так ещё и каменный. Здесь всем просто запретили возводить деревянные постройки и обязали желающих иметь в городе дворцы строить их из камня, вернее из кирпича, производство которого наладили в авральном режиме.

Правильное, как по мне, решение, тем более что оно совсем не отпугнуло желающих иметь здесь недвижимость.

Честно признаюсь, глядя на всю эту движуху, я подумал, что нам надо дождаться окончания строительства и перевезти это своеобразное правительство на новое место жительства, куда-нибудь в район будущего Токио. Таким образом можно получить сразу два путевых города, построенных из камня. Но над этим пока думать не стал, не до подобных планов мне сейчас.

Всё-таки не зря я торопился сюда попасть, потому что здесь получил более полную информацию — и про восстание, и про все остальное.

Оказывается, после моего отъезда на Папуа здесь чуть не вслед за мной появился целый десант представителей царя, которых направили сюда для выявления и поиска беглых крестьян. Не поверил мне, как выяснилось, государь на слово и прислал своеобразную комиссию, которая должна подтвердить или опровергнуть сообщения, что ко мне бежали крепостные, а я их привечал. Руководителем этой комиссии был целый князь Чарторыйский, о котором я слышал как о приближенном царю человеке.

Все бы ничего, пусть бы искал беглых, тем более что их в этих краях точно не было, всех таких переселенцев отправляли в Калифорнию, но нет, этот дятел полез в руководство этими землями, и мои староверы перед ним спасовали.

Наверное, неправильно я определил его участие. Не в руководство он полез (тут его никто не стал бы слушать), а возмутился нашим действиям по отношению к португальцам и испанцам и, как представитель царя, запретил вести на море против них необъявленную войну.

Вот здесь староверы и накосячили, послушав этого дятла и отдав нашим морякам соответствующие приказы.