Ещё неслабо удивили меня староверы, куда же без этого. Они не только согласились на все мои условия по сотрудничеству и прислали свой отдельный обоз, притом довольно крупный, но и к тому же очень серьёзно подошли к организации экспедиции в Калифорнию. Для этого они собрали несколько серьезных обозов, которые отправили в Охотск. Учитывая, что в составе этих обозов, есть помимо первых переселенцев несколько артелей, способных в Охотске построить корабли, и команды на эти будущие суда, подход к делу вызывает уважение.

Сюда же они привезли пять будущих «советников», кучу товаров для торговли и серьёзную охрану как для торговца, так и для меня лично. К нам перебралась сразу сотня казаков-староверов, притом с семьями, и это только для начала.

Как рассказал Илья Осипович Второв, который решился начать здесь свое дело, в ближайшее время сюда планируют переселиться ещё как минимум пару сотен семей. При этом народ не смущает, что я здесь живу временно и когда-нибудь переберусь обратно в столицу. Илья Осипович со смешком сказал, что староверы, глядя на мой подход к делу, ничуть не сомневаются, что даже когда я покину Кольский полуостров, основанные здесь поселение в любом случае на произвол судьбы никто не бросит. Поэтому они решили отправить сюда на постоянное место жительства людей, на которых мне можно будет во всем положиться.

Да, надо сказать, что просчитали меня староверы на все сто, я и правда в будущем планирую как можно сильнее развивать «свой» город. Но вот то, что сделали они это настолько быстро, слегка напрягает. Нехорошо, когда ты насквозь предсказуемый. Такими людьми легко манипулировать и мне это очень не нравится. Но думать об этом я буду позже, сейчас как-то не до этого, да и неважно пока на самом деле. Мне кадется, со временем я смогу удивить и староверов тоже. Пока же пусть тешат себя надеждой, что им со мной легко будет совладать.

Собственно, ровно в этот момент мои размышления и воспоминания нарушил разыскивавший меня дед Вахтанг. Я только и успел подумать, что на ловца и зверь бежит, как он — по уже устоявшейся традиции — начал разговор с наезда.

Слушаю деда и невольно думаю о том, как я всё-таки здесь изменился. Как-то в прошлой жизни я не отличался особым терпением и всякие нотации поучительным тоном тут же воспринимал в штыки, тем более если это происходило довольно долго. Здесь же я годами терпел наставничество деда Вахтанга и иногда даже ловил себя на мысли, что мне нравится наблюдать за его стараниями, а ещё больше нравится ставить его в неловкое положение, наглядно показывая ему, что он далеко не всегда прав.