Как бы там ни было, а один корабль с горем пополам людьми укомплектовали, пусть и не полностью. Конечно, уходить в плавание, имея некомплект экипажа, не самый умный поступок. Но даже при таком раскладе я и думать не хотел о том, чтобы пропустить навигацию этого года. Чем быстрее я начну действовать на море, тем будет лучше для всех. Противнику, наверное, тоже станет веселее, если ему начнет прилетать ответка. Но это не точно. Главное, что мы смогли хоть как-то подготовиться к плаванию, а дальше больше.
Тем более что нам неожиданно повезло с опытным шкипером, ну или с капитаном, не суть важно. У нас изначально было несколько человек, знакомых с морем, но здесь просто, как я уже говорил, повезло. Дело в том, что дед Вахтанг задружился с одним стариком из Колы, а тот, как выяснилось в их беседах, чуть не всю жизнь ходил в море и не только в прибрежных водах. Хаживал, как он выразился, и в европы с америками.
Сам он в море не ходит уже довольно давно, слишком дряхлый для этого, а вот его сын, который чуть не с рождения жил с отцом на кораблях, согласился наняться на службу сразу, как увидел на чем ему предстоит выйти в море. Как шепнул дед Вахтанг, эти двое одно время даже у голландских купцов ходили шкиперами, поэтому лучше кандидата на роль капитана не найти. Тем более, что сын сейчас остался без работы, напрочь поругавшись с руководством китобойной компании, которые по какой-то причине нарушили изначальные договорённости и уменьшили ему заработную плату.
В общем, у нас теперь есть грамотный капитан со странным для России именем Арес Сидорович Григорьев, треть команды и серьезный — по местным меркам — воинский отряд на борту, состоявший из полусотни казаков, такого же количества солдат и моих ребят. Если ещё посчитать деда Вахтанга с его людьми и Сасуна Давидовича с его охраной, получается даже с перебором. Но эти двое тоже решили идти в Европу на фрегате и слышать ничего не хотели о том, чтобы уйти в море с английским купцом.
Отвечая на мой вопрос, откуда такое имя у нашего капитана, дед Вахтанг рассказал, что мать у того была гречанка, она умерла от родовой горячки, только и успев после родов дать сыну имя. Отец в память о жене не стал менять имя ребёнку и практически с колыбели таскал сына за собой по морям и океанам. Можно себе представить, что за человек нам достался в качестве капитана. Но это ладно. Учитывая, что корабль и так был практически готов к плаванию (наведение порядка после боя я не считаю, как и пополнение припасов, относительно незначительное), уже через неделю мы планировали отправиться в первое плавание.