Имелся способ более мягкого воздействия, которое развеяло бы скверну, не повредив при этом отпечаток чужой воли, требовалось просто выбрать подходящую к случаю молитву. Но герцог и сыскарь, как назло, никак не могли угомониться, сцепившись будто дворовые псы. Их перебранка раздражала и отвлекала, и в конце концов я не выдержал и потребовал:

— Помолчите!

— Прикуси язык! — немедленно взорвался мастер Вальдер.

Я проигнорировал его, поднялся со стула и обратился к герцогу.

— Советую выпроводить из комнаты посторонних, ваша светлость. То, что я собираюсь сказать, не предназначено для их ушей.

— Я никуда не уйду! — резко бросил мастер Вальдер.

— Оставайтесь, — пожал я плечами. — Вы не узнаете ничего нового.

Герцог нахмурился и огладил седую бородку, потом указал свите на дверь.

— Разумно ли это? — засомневался начальник охраны.

Я в ответ позвенел цепочкой кандалов.

— Оставьте нас! — потребовал Карнстей, а когда все покинули комнату, потребовал объяснений без всякой теплоты в голосе: — Что вы задумали, граф?

— Её не опоили, — указал я на лежавшую в беспамятстве служанку. — Это последствия потустороннего воздействия.

— Что⁈ — опешил герцог. — Вы в своём уме⁈

— Он просто набивает себе цену, — высказался мастер Вальдер. — Услышал о проблемах Флоренс и решил сыграть на наших чувствах!

Верзиле явно не терпелось свернуть мне шею, поэтому я заставил себя удержаться от колкости и спокойно произнёс:

— Проверить мои слова не составит никакого труда. Девица придёт в себя после короткой молитвы.

— Предлагаете вызвать священника, граф? — скривился герцог, которому до скрежета зубового не хотелось вовлекать в это дело посторонних.

— Справлюсь и сам, — покачал я головой. — Только придержите её, могут начаться корчи.

— Да вы полны сюрпризов, граф! — прищурился сыскарь. — Ещё и экзорцист?

— Просто прочитаю молитву.

— Просто⁈

— Вальдер, не сейчас! — разозлился Карнстей. — Беритесь за ноги!

Верзила послушался герцога, но всё же уточнил:

— Надеюсь, молитва не еретическая?

— «Прошение о ясности рассудка», — сообщил я, хрустнув костяшками пальцев, — из канонического сборника молитв на каждый день Августины Травницы.

Обычно при изгнании бесов обращались к наследию Николаса Слепца, но святая Августина вовсе неспроста полагалась небесной покровительницей экзорцистов. Её молитвы действовали куда более мягко и неспешно, не сжигая скверну яростным пламенем веры, а в первую очередь исцеляя душу. Это гарантированно избавляло от осложнений, но при первых же словах служанку выгнуло дугой, да так что герцогу и сыскарю едва удалось удержать её на кровати. Глаза несчастной закатились, изо рта пошла пена, горло исторгло протяжный стон.