— Тут есть аптечка? — спросила я, заходя за Славой в комнату. — Давай я обработаю твои раны.

Он обернулся и посмотрел на меня с удивлением.

— Я думал, ты подождешь меня внизу, — сказал мужчина и начал раздеваться.

— С чего это? Я хочу тебе помочь, я же переживаю за тебя, — пробормотала я, рассматривая синяки на теле мужчины и даже царапины.

А затем я с удивлением заметила, что у него рубашка порванная.

— Ого, чем это он тебя? Ножом, что ли?

— Нет, просто зацепился за какой-то строительный мусор случайно, — ответил Слава и пошел в ванную.

Я хотела последовать и туда за ним, но он закрыл дверь перед моим носом.

— Эй! — возмущенно стукнула я по ней. — Ты что, я же помочь хочу!

— Лера, иди лучше погрей мне и Мише обед, он тоже сейчас подойдет, — ответил он из-за двери.

Я какое-то время еще постояла под створкой, а затем, печально вздохнув, пошла греть еду мужчинам.

Пока шагала до кухни, испытала легкую вину.

Все же в следующий раз надо будет взять телефон с собой и ни в коем случае не садиться ни к кому в машину.

Оказалось, что видеть кровь и синяки на теле мужчины мне неприятно. И больше того, даже болезненно.

Хотя, с другой стороны, зачем он в драку-то полез? Можно же было просто поговорить, и всё…

Вроде взрослые же мужчины, а дерутся, как парни молодые.

Почему-то я всегда считала, что люди типа Славы вообще такими глупостями уже не занимаются. Оказалось, что была не права.

Еще раз печально вздохнув, я порезала салат. Найдя кроме жаркого еще гарнир — картофель, разложила мужчинам по тарелкам и отправила в микроволновку.

Миша появился минут через пять, а следом и Слава вышел. Наверное, услышал, как тот приехал.

Я заметила, что Слава переоделся.

Мы сели молча обедать.

Я с тревогой поглядывала на мужчин. Но в конце концов не удержалась и спросила Мишу:

— Ты отдал Виктору посылку?

— Отдал, — кивнул тот.

А затем перевела взгляд на Славу.

— Зачем с ним драться надо было? Неужели нельзя было просто поговорить?

Слава, не обращая на меня внимания, продолжил есть. Я уж думала, он вообще решил меня проигнорировать, но он, вытерев рот салфеткой, внимательно посмотрел мне в глаза.

— Лера, я уже говорил Виктору, чтобы он не смел к тебе приближаться. Он нарушил мой запрет. Пришлось объяснять уже иначе.

— И всё равно я не понимаю, — вздохнула я. — Он ведь не просто так, ему же курьера надо было найти.

— Ты многого не знаешь, — вмешался Миша. — В нашем мире, Лера, нет друзей. В нашем мире все враги. И Виктор — один из самых опасных врагов. Таких надо держать на коротком поводке. И близко не показывать слабость. Нет — значит, нет. Не должно быть никаких полумер. А он нарушил.