До дома мы добрались за пятнадцать минут из-за небольшой пробки. Так-то ехать было минут пять, не больше. Виктор подрулил к воротам, и я увидела Славу.

Он стоял недалеко от ворот с очень мрачным выражением на лице, а рядом с ним были Миша и еще несколько человек. Видимо, это охрана. Некоторых я узнала.

Виктор спокойно припарковался, выключил двигатель и, посмотрев на меня, сказал:

— Беги скорее домой и принеси мне посылку. А я с твоим братом немного поговорю. И да, будешь идти — не оглядывайся.

Я нахмурилась, не до конца понимая, к чему была последняя фраза, и заметила, как Слава идет к машине, огибая её со стороны водительской двери, а Миша подходит к моей стороне. И лица у них слишком серьезные и сосредоточенные.

Миша подошел ближе и, дождавшись щелчка разблокировки, открыл дверь, а затем помог мне спуститься.

— Привет, — удивилась я, — а вы чего тут? Уже поработали?

— Где твой телефон? — вопросом на вопрос ответил мужчина, буравя меня таким жестким взглядом, от которого у меня все волоски на теле встали дыбом.

— Забыла, наверное? — пробормотала я, перехватывая удобнее тявкнувшего Жонга, а затем услышала глухой звук, будто кто-то с размаху ударил по машине, и хотела уже обернуться, чтобы посмотреть, что там случилось, но Миша мне не дал. Вместо этого он подхватил меня за локоть и повел в дом.

— Эй, а что происходит? — Я обернулась, но машину Виктора окружила охрана, и рассмотреть, что там, я не могла, к тому же Миша тащил меня вперед. — Эй, Миша, да хватит уже, мне больно! — возмутилась я, чувствуя, как сжимается рука мужчины на моем локте.

Миша ослабил свою хватку, но даже не извинился и продолжил вести меня в дом.

Я попыталась вырваться, но с Жонгом на руках это было непросто сделать.

— Да черт тебя побери! — уже громче крикнула я, когда мы вошли в калитку. — Может, скажешь, что случилось?

— Тебе лучше сейчас вообще помолчать, — сказал Миша и со злостью добавил: — И не злить меня.

— Что? — опешила я. — Злить? Что я опять не так сделала? Или вы снова собрались меня пытать?

Миша резко остановился и посмотрел на меня с возмущением. Словно я сказала какую-то ересь.

— Ты с ума сошла? Никто не собирается тебя пытать! — рявкнул он, нависнув надо мной и подавляя своей тяжелой аурой.

— Тогда в чем дело? Что я должна думать? — нервно усмехнулась я, пытаясь отойти от него подальше и начиная уже испытывать страх. — Ты тащишь меня домой, даже объяснить не пытаешься, что случилось. Еще и угрожаешь…

Миша с шумом вдохнул, а затем, прикрыв глаза, выдохнул воздух из груди и опять начал говорить: