Дед опять выругался.

Мы доехали до ближайшей больницы за пятнадцать минут. Быстро вышли из машины, дед с Марией на руках, я шагала следом, не отставая, плюс еще несколько человек из охраны.

Марию сразу же увезли в операционную, а дед начал кому-то названивать, и по разговорам я поняла, что Мария приехала одна на машине. И в ней был найден ноутбук, а уже в нем куча информации по поводу того самого аэрозоля, которым смогли обезвредить Славу.

— Что ж, — сказал дед, обращаясь ко мне, — думаю, Мария и была тем самым сообщником, укравшим всю информацию. Надеюсь, она выживет и мы сможем задать ей вопросы.

— Да, — мрачно выдохнула я. — У меня к ней очень много этих самых вопросов.

— У меня тоже, — ответил дед.

— Она могла тебя убить? — спросила я.

— Надо будет изучить её пистолет, — сказал он. — Мария прекрасно знает, что обычные пули нас не берут. Скорее всего, раз она пришла стрелять, то была уверена, что сможет меня убить.

Я заметила, как в глазах деда мелькнула горечь. И поняла, что все-таки она была его любимой женщиной когда-то — и вот так сейчас с ним поступила. Наверное, ему больно.

— Мне жаль, что она хотела тебя убить, — сказала я, чтобы хоть немного его поддержать.

— Всё нормально, — устало вздохнул он. — И давай я увезу тебя к Третьяковым.

— Давай, — немного поколебавшись, ответила я.

Хотелось и с этой мадам поговорить, но и Славу с Мишей тоже желала увидеть скорее. Да и не думаю, что если она выживет, то сразу сможет адекватно говорить. Ей, наверное, еще надо будет прийти в себя.

Дед оставил своих людей ждать вестей о Марии, а меня повез в квартиру к моим мужчинам.

Когда мы подъезжали, я поймала себя на мысли о том, как сильно хочу их увидеть и насколько переживала за них обоих. Да еще и то, что, называя их даже мысленно своими мужчинами, совершенно не чувствую отторжения.

Дед поднялся со мной на лифте и передал из рук в руки. Почти буквально.

Потому что стоило створкам лифта разъехаться и нам выйти в квартиру, как меня сразу же крепко обнял Миша. Точнее, это я на него налетела и, повиснув на шее, расплакалась.

Сама от себя не ожидала, что разведу такую сырость.

— Что случилось, малыш? — удивленно спросил мужчина.

— Я переживал-ла… за т-тебя, — заикаясь, сказала я, утыкаясь мокрым носом в его футболку.

— Ну-ну, всё хорошо, — пробормотал он и тоже крепко обнял меня.

— Я слышал, в вас стреляли? — раздался голос Славы.

Он стоял рядом с Мишей, я, повернув голову, заметила испарину у него на лбу и круги под глазами.

— Ты заболел? — удивилась я.

— Нет, — покачал головой он. — Последствия вывода из организма отравы. Но я уже намного лучше себя чувствую, не переживай.