Нам бы так… а то, пока все бюрократические препоны пройдёшь… уже и забудешь — чего же ты хотел с самого начала?

А ночью рвануло ещё раз!

Разворотило борт у строящегося корабля.

Его совсем недавно вывели из дока, и он достраивался уже у стенки.

И надо же так случиться, что его сорвало с якорей, и очень неудачно развернуло… да так, что он лег на дно, перегородив выходы со стапеля…

И теперь, пока его не поднимут, оттуда не сойдут уже строящиеся корабли — а их, между прочим, там целых два!

Представляю себе… наши моряки рассказывали, что подъём затонувшего на мелководье корабля — это несусветный геморрой!

Ну, что же… это не наши заботы!

Печально только то, что у нас практически не осталось взрывчатки. И хотя мы её, казалось бы, достаточно притащили с собой… увы! Не рассчитали… А где новую-то добывать? Тут все скоро уже от всеобщей шпиономании, наверное, с ума скоро посходят. Только в наш ангар ночью вваливались дважды — всё ли у вас в порядке? Блин, а телефон, что, отменили уже?

Не отменили… просто очередной взрыв, как оказалось, повредил ещё и телефонную линию. (Мда… а вот про это мы и не знали…)

На этот раз мой визит протекал совсем уже в другой обстановке!

Меня встречают прямо у двери управления и проводят, минуя все обязательные процедуры, прямо в тот самый одноэтажный домик.

Только кабинет сегодня совсем уже другой.

Меня там встречает серьёзный и в годах уже дядька.

Две полосы зёлёного цвета — вторая чуть длиннее — старший офицер.

Полосы вдвое шире тех, что у меня на нагрудной нашивке — старший носовой офицер.

Четырёхзубая «расчёска» — двадцать лет службы.

То есть — опытный и уважаемый старший офицер.

Дальше — только в капитаны.

Резюме — скорее всего, я вижу перед собою главного «молчи-молчи» данного объекта.

А раз так…

Вытягиваюсь, почтительно кланяюсь, приветствуя старшего по званию.

— Старший кормовой офицер Дим Ми Лар! К вашим услугам!

Звание у меня не столь высокое, да и «расчёска» на кителе всего двузубая… но — два ножа на поясе… Такое заслужить весьма трудно — и мой собеседник наверняка об этом осведомлён. Как минимум, перед ним человек рисковавший жизнью в бою с равным, или превосходящим противником. То есть — за себя он постоять сумеет.

Тут есть ещё один интересный момент…

В принципе, многие офицеры-штурмовики имеют право носить по два ножа — заслуг хватает…

Но…

Во-первых, право на это даёт лично капитан корабля или глава клана. Независимо от заслуг офицера.

И во-вторых… и это, пожалуй, намного серьёзнее.

Такой офицер как бы заявляет — все проблемы и споры я решаю оружием! В случаях, требующих в обычной ситуации суда клана или решения старшего начальника, он всегда отстаивает свою правоту в личном поединке с обвинителем. Да, рискует своей головой — ибо обвинителей может быть больше, чем один. Но, если он выходит победителем — все обвинения автоматически снимаются. Независимо от степени их серьёзности.