— Оптоэлектронные станции наведения — здесь и вот тут. И строящаяся — здесь! Установлены и включены в общую информационную сеть наблюдательные пункты — их семнадцать. Таким образом, мы значительно усилили свои возможности по накрытию выбранных целей — практически, на всех направлениях. Дополнение! С последней поставкой к нам пришли станции лазерной засветки — пять штук. В бою — опробовано, да вы и сами это лучше меня знаете… В гавани дежурят ещё шесть катеров с аналогичным оборудованием на борту.

Он положил указку на стол.

— У меня — всё.

— Так… — каперанг Иванов посмотрел на Слона. — С пехотным заполнением у нас как?

Подполковник поднялся со своего места — сегодня ему предстояло отдуваться по этому вопросу.

— Вместе с силами ополчения в строю сорок шесть тысяч бойцов. Полностью боеспособны — одиннадцать тысяч человек. Проходят обучение — восемнадцать тысяч. Прочие части в процессе предварительной подготовки, она идёт полным ходом. Оружия, боеприпасов и снаряжения — на три войны хватит! Силами инженерного корпуса оборудовано восемь полевых складов вооружения и боеприпасов. Мы допускаем, что при штурме может быть нарушено нормальное снабжение — и соответствующим образом готовимся. Тыловые отсечные позиции — работа идёт круглосуточно. В значительной мере этому способствуют те самые быстровозводимые бронеколпаки — очень вовремя про них вспомнили!

— Ваша оценка стойкости противодесантной обороны?

— До дивизии включительно — отобьем. Не враз — но, точно сможем. До двух… тут повозимся… Думаю, что…

— Думаете? — прищурился каперанг.

— Отобьём, товарищ капитан первого ранга! Напряжёмся — и хребет им сломаем!

— Боевой дух?

— С этим — очень даже на высоте! Те самые девчушки… ну, с артпозиции… где «Стрела» с японцами бодалась… они очень много для этого сделали!

После памятного боя с японской бронеколонной, по моему совету, весь уцелевший гарнизон, состоявший именно из девушек, был отпущен в отпуск — и они разъехались по острову. И рассказали у себя дома о произошедшем…

Как результат — мы через месяц имели порядка трех тысяч заявлений о зачислении на службу в части самообороны! А уж за мотивацию… тут и говорить было не о чём!

Но вот с моим батальоном, со «Стрелой»… было тяжко. Сорок шесть человек только погибших… так ещё и не все раненые вернулись в строй. Пришлось безжалостно перекраивать списки личного состава второго батальона — мне позарез требовалось полноценное боевое подразделение! Вот и перевели в «Стрелу» сразу сорок человек — и то комбат-2 — капитан Гришин, мне чуть плешь не проел по этому поводу! Мол, я таким макаром ослабляю боеготовность его батальона… и всё такое прочее… Пришлось клятвенно пообещать ему, что все выздоравливающие бойцы, которые сейчас лежат в госпиталях, будут направлены к нему в батальон — сержантами. (Ну, положим, всех-то я ему не отдам…)