набрал номер Зорана, а он возьми, да ответь. Фоном легкая музыка, женский смех, звон бокалов. Развлекается, засранец. Хорошо ему, наверное… – Знаешь откуда? – с трудом выговорил, так язык заплетается. – Почему я должен свои каналы раскрывать? – еще и издевается. – Она сама тебе сказала? Или выдумал? – Не выдумал, Крайнов. К сожалению, – Зоран помолчал какое-то время. – А почему ты мне звонишь, а не ей? – Хорошие девочки уже спят в такое время, – заявил я пафосно. – Ага, – хохотнул Зоран. – Только где хорошие девочки и где Лида? – Ты сейчас о чем? Неприятностей давно не было?! Могу устроить! – Успокойся, подполковник. Это я так, – и заржал. Понятно, он там тоже не слишком трезвый. – Хорошего вечера, – буркнул я и отключился. Я – идиот, теперь об этом и Зоран знает. Черт! Завтра же с утра еду к Лиде, пусть все рассказывает! Но с похмелья все снова пошло наперекосяк, и поехал к Третьякову. Может, скажет что-то, да и в изолятор ему пора. Свожу в больничку, если врачи не против, то обратно в СИЗО. Начальство опять ржать будет, что таскаюсь с ним сам… Но блин, они знали про Лиду. Уроды! Если бы кто-то с самого начала рассказал, с кем познакомился, я б… Сразу же разорвал эти отношения. Пока еще не стало слишком хорошо. Слишком поздно. Голова трещит, во рту гадко, сердце ноет, но надо работать. Дверь в квартиру генерала почему-то оказалась открытой. Моментально напрягся и достал ствол. Не нравится мне это – Третьяков провалами в памяти не страдает. Внутри тишина – вошел, стараясь не издавать лишних звуков. И замер на пороге гостиной. Подследственный стоит посреди комнаты, в руке пистолет. Явно наградной. Как мы могли просмотреть его при обыске?! Словно в замедленном кино наблюдаю – поднимает ствол и направляет себе в голову. Забываю обо всем и бросаюсь к нему, валю на пол. Какое-то время молча и яростно сражаемся, но мне все же удается вырвать оружие. Третьяков сильно сдал в последнее время, еще и больное сердце. – Какого хрена ты творишь, генерал?! – ору на него. – У тебя дочь! Как воровать, так и силы, и смекалка есть, а как отвечать, так лучше застрелюсь?! – Моя дочь теперь твоя забота, – цедит тихо и отстраненно. – Вот именно! Она мне никогда не простит, если ты сдохнешь! Пойми, это будет окончательный и бесповоротный конец не только для тебя! – Я написал Лиде письмо. Болен я, не хочу ждать долгого и мучительного конца. – Иди к черту! Тебя инфаркт хватит в худшем случае, это ни фига не долго и не мучительно. Где это письмо? Слез с генерала, собрал оружие. Нашел