22 Лида
Утром я сделала именно то, что посоветовала мама. Записалась в клинику. Принять согласились в тот же день, поэтому после пар я пренебрегла библиотекой и поехала к врачу. Приветливая женщина осмотрела меня, отправила на анализы и УЗИ. Видя мое не слишком радостное лицо, спросила о дальнейших планах. Честно ответила, что не знаю. В душу доктор лезть не стала, просто написала на женском календаре до какого числа надо принять решение. – Срок совсем маленький. Время все взвесить есть, но лучше не затягивайте. Поблагодарила и попрощалась. Время есть, а соображений, что делать – никаких. Вернулась домой, кое-как пообедала и уже хотела засесть за домашку, как зазвонил телефон. Следователь. Схватила телефон дрожащими руками – не ждала звонка сегодня. – Лидия Владимировна, здравствуйте. Вынужден сообщить, что по состоянию здоровья вашего отца перевели в больницу. Сегодня к нему нельзя, но думаю, уже завтра он будет дома. Проведет там весь больничный. На это время наши встречи отменятся. Запишите телефон приемного покоя. Записала, потом позвонила, потом все же понеслась в больницу с витаминами и капельницами. У отца давно пошаливает сердце, не удивительно, что не выдержало. Доктора успокоили – сказали, что прокапают и выпустят. Мол, такое бывает с мужчинами в возрасте папы, и не надо пугаться. Сделала вид, что поверила. Далеко не все мужчины папиного возраста при этом ждут суда в СИЗО. В палату не пустили, пришлось вернуться домой. Даже поговорить с ним не могу, телефон из нас двоих теперь есть только у меня. Мама восприняла новость спокойно, только плечами пожала. – Кирилл сказал, что то твое заявление подняли. Пересматривают. – Давно безразлично на это. Вити больше нет, какая разница? – Понимаю, вы с папой теперь чужие. Но он заботился обо мне все эти годы. – Я бы тоже заботилась, Лида, если бы мне позволили. Я не он, не надо ничего объяснять. Не собираюсь лезть в ваши отношения. У врача была? Перешли на тему беременности и больше не обсуждали проблемы отца. А на следующий день после пар поехала к нему. Нашла в гостиной на диване. Исхудавшего, осунувшегося, неухоженного. – Пап, ты как? – прошептала, часто моргая, чтоб не расплакаться. Теперь, когда живу с мамой, и его мнение никак не неволит меня, стало проще общаться. И что-то чувствовать к нему. – Нормально, Лида. Спасибо, что пришла. Как сама? – Все нормально. Ты ел? – Да, пообедал. Меня отпустили ненадолго. Будешь приходить? – Да, конечно, пап. Хочешь, парикмахера приглашу? – Очень. Чтобы ты знала, Крайнов сам