— Пацаны, покурите тут пока, — сказал Футболист Медвежонку и Татарину, и мы с ним вошли внутрь помещения в царство зеленого сукна.

Внутри в полу мрачной атмосфере стоял десяток столов для русского бильярда с лампами над ними, дающими тусклый желтый свет. Рядом с каждым из них располагались столики со стульями, случись кто решит посидеть или заказать напитки и закуски. Чуть в стороне длинная барная стойка. А дальше сбоку от нее, еще одна стойка с доской на стене на которой мелом были написаны названия всевозможных матчей с датой их проведения.

— Во! Нам туда. Игорек, пива налей мне, — махнул рукой Вова мужику в светлой рубашке, когда мы проходили мимо бара, — здорово, Ройзман! Как сам? Долг когда отдашь? — за небольшой узкой стойкой стоял мужчина лет 50 в явно дорогом пенсне с золотой оправой. От слов Вовы пенсне мужчины упало вниз. Но не разбилось, так как держалось на короткой шелковой нити.

— Побойтесь бога, Владимир! Какой долг? — мужчина взял тряпочку и протер вспотевший лоб и лысину. Забыл упомянуть, еврей был лысым как коленка. Из волос на его голове и лице были лишь жиденькие седоватые усики и такие же жидкие брови.

— Да шучу я, чо? Мы к тебе по делу. Там Спартак среди недели с румынами играет. Замазать у тебя можно? Секунду! — Вован отошел к барной стойке и вернулся уже со стаканом пива, которое успел отхлебнуть жадным глотком, — так чо? Можно?

— Владимир. Можно, конечно можно. Но только оплата у нас принимается вперед. В долг могу записать только для вас, но максимум 300 рублей. Максимум! — извиняющейся посмотрел на Футболиста еврей и развел руки в стороны. Вроде как, простите.

— Товарищ, Ройзман, а какой коэффициент на победу румын? — спросил я мужчину заудавшись. Ну вот не помнил я точно счет в Бухаресте. То ли там мы 1–2 проиграли, а дома 0–3. То ли наоборот? Хотя чего это я? В Москве Спартак и проиграть разгромно? Бред же!

— Два с половиной к одному. Это значит, если румыны победят, то со ставки в 100 рублей вы выиграете 150 сверху и свои 100 вернете.

— А на точный счет? К примеру, 3−0 победа румын? — надо ли говорить, что Ройзман посмотрел на меня как на идиота? В подобное поражение дружины Бескова он явно не верил. Да и кто бы поверил до матча?

— Даже не знаю. У нас максимум 10 к 1. Так что 10 к одному и будет. Но вы же не собираетесь на такое ставить? — внутри барыги сейчас боролись два чувства, жадность и чувство самосохранения. А если проиграют рэкетиры? Не случится ли чего с ним и его заведением? Особенно если ставка будет большой?

— Еще как собираюсь, — я достал из кармана пачку сторублевок и положил на стойку, — тут 2500 рублей! Вован, ты будешь мазать?