В целом сюрпризы были везде.

Французы Евразии превратились в тихую и мирную деревенскую общину, затененные соседом канадцы отчего-то стали агрессивны, со Львовом у нас хорошие отношения. Манила ударилась созидать, а Индия спит. Швейцария — почти образец нетерпимости. Немцы… вот немцы, пожалуй, выстояли, чувствуется стерженек.

Мы всей колонией гадали, чего нам ждать от румын. Вспоминали фильмы времен СЭВ про Миклована, кровавый финал их последней революции, графа одного приметного, Киркорова почему-то… После второго общения с семейством Оничану и их зверского вида дедком по имени Мариус мне казалось, что мы наткнулись на нечто непоколебимое, самодостаточное и упрямое, как рессора. И не угадали.

За четырнадцать часов до Нового года патруль передал по рации, что со стороны магистрали к нам по лесной дороге упрямо пробирается осел. В смысле, с телегой. Едут, везут и идут рядом с ней трое. Получив команду на досмотр и поддержку еще трезвых сталкеров на двух мотоциклах, ребята группу ходоков остановили. От румын посылка!

Но это были не румыны, а молдаване. Оказывается, там, в Молдавии, у них почти у каждого есть румынский паспорт — Евросоюз, братья по крови, перспективы… Вот и занесло семейку в Бухарест к знакомым, откуда их Писатели и катапультировали. Надо же было так влипнуть.

Я даже не рассматривал такой возможности. Рассчитывать, что от румын кто-то сможет уйти с целью влиться в Россию… Когда этот самый Мариус приглушенно кашляет, вся община от страха присаживается — вот какие там порядки. А надо же, выпустил… И где, скажите мне, неизбежное слияние этих двух народов? Где тирания Чаушеску?

— И что вам не понравилось у единокровников? — нетактично спросил Кастет у главы семьи, Вадима, охотника и фотохудожника средних лет.

За папу ответила жена, Лариса Чеботарь, энергичная властная брюнетка:

— Мы что, румыны, что ли? Какие единокровники… Мы всю жизнь с Россией прожили, не смогли там прижиться, все не наше, все чужое.

Хорошие ребята. Муж сразу годный хоть на что, путешественник, экстремал. Сын, Виталик, юный хирург-стоматолог, правда, пока без большой практики. Тут такой нюанс. Я, естественно, обо всем докладываю Сотникову в РДО. Ну, почти обо всем. РДО читают спецы по профилю. Так вот, Зенгер сразу засуетилась, мол, мы тут у вас мальчика потеряли. Я в штыки — нет в том стратегии! Нужно не отсюда спецов вывозить, а здесь службы ставить, местными силами, только тогда система будет устойчивой. Ругаемся, в общем.

А Лариса Чеботарь… Так скажу: главный бухгалтер коммерческой фирмы, характер нордический, повышенной стойкости, никакого юга в производственной ауре. Поди, все кредитные карточки семьи у нее в сумочке хранились. А вот дома — хранительница очага. Кстати, стреляет хорошо, занималась в юности.