— Что, и другие сообщества есть?
— А как же. Вверх по Большой Реке народ живет, общинами гораздо больше наших, но неблизко. Шесть раз от них люди сюда приходили. Первые два раза прибыли вообще нормальные, адекватные ребята, один украинец был. Потом они пропали куда-то… Следующие — бандитье нерусское, да и только. Три раза тяжко нам пришлось… Но им тут неинтересно, у них там угодья будь здоров.
— Много таких сообществ?
— Надо думать, немало, — решил Степан. — Разные приезжали.
— Это монокластеры? Да вы кофе-то пейте, мужики.
— Или селективные кластеры, — уточнил Хвостов.
Родственники переглянулись, помолчали, отхлебнули.
Наконец Степан уверенно произнес:
— Не слышали мы таких слов, командир… Другое мы слышали. Это все поликластеры, так они сами говорили. — Он поставил чашку на стол и добавил: — Полканы, в общем.
Важный для меня жизненный принцип прост: «Делай хорошо — и будет хорошо».
Простой, как выдох. Казалось бы, вмести в него все перипетии жизненного пути… Ничего, вмещаются, тут уж каждый понимает нюансы по-своему, по мере накопления мудрости. Знаете, есть в миру некое учение, называемое психологией, кое, увы, как мне порой кажется, призвано искусственно заменить естественную мудрость, накапливаемую только трудом. Отучился на факультете — и ты смолоду уже можешь делать глубокомысленные выводы, проводить некий анализ чужих мозгов. Вы не замечали, что молодые психологи и психоаналитики — люди, которых очень просто можно вывести из себя? Их легко троллить. Любой вывод за матрицу сразу приводит такого человека в состояние грогги. А своего жизненного опыта еще нет, да и получать его такой человек не спешит — ему удобно в матрице. Я бы ценз возрастной ввел на психологов, для исключения самообмана. Пусть поживет, женится, разведется, опять женится, детей родит, проблем глотнет, с нужным количеством людей пообщается, нужные книги успеет прочитать… Потом когда наверстывать? Некогда: упустишь текущие задачи. Поэтому мне симпатичны те, кто все делает вовремя. Но именно делает, до конца жизни. Это интересные люди.
Мне нравятся те, кто постоянно нагружает свой мозг. Ибо это позволяет жить долго и полноценно. Обратите внимание на престарелых светил науки — у них до последнего дня процессор находится в полном и мощном сознании, с максимально возможным качеством управляя дряхлеющим телом, не давая ему развалиться раньше срока. Отец у меня такой. Он с детства говорит мне, что чтение — один из способов активной мозговой нагрузки. Потому что постоянное моделирование в процессе чтения грузит ваш мозг капитально, тренируя его и поддерживая в достойном состоянии. Ровно по той же схеме отупляет кино — думать не надо, надо лишь послушно воспринимать уже смоделированное.