Браунинг загрохотал слева, сначала в темноту ушли две короткие, и, уже после пристрелки, Гоблин зарядил длинную, патронов на двадцать, очередь — на сплошное поражение невеликой колонны. Я вдумчиво высадил всю обойму, подбирая тех, кто, как мне казалось, еще шевелится или прячется за колесами. С фланга хлопнули два гладких выстрела — молодежь в азарте не выдержала, решила внести свою лепту в картину боя, несмотря на нереальное расстояние.
— От ить бестолочи! Зря патроны жгут! — заорала хозяйственная Ненила и припустила вдоль тына: учить парней уму-разуму.
Перезарядился.
— Мишка, хватит, не грей ствол. — Я тоже хозяйственный.
Не, Гоблин так быстро не уймется, тут же мой АКМ схватил. Подождали, послушали, Сомов пару раз стрельнул. Ничего не вспыхнуло, это очень хорошо. Тут уже и хозяйка пришла, вся светится.
— Ну что, пошли зачистим, — скомандовал Мишка, спрыгивая с приступка.
— Я с вами! — неожиданно объявил Семен, потрясая наганом. — Женщины, открывай ворота!
О как. Удачный бой всегда рождает героев.
Управились мы быстро, достреливать было некого. Когда вернулись обратно в форт, притащив для начала четыре винтовки «спрингфильд», пару «одиннадцатых» кольтов и пяток ручных гранат, ворота были открыты настежь. Во дворе тихо тарахтел маломощный генератор, над крылечком главного здания и под навесом беседки тускло горели электрические лампочки.
Прямо праздник у нас! День Победы.
Подошла Ненила, протянула револьвер.
— Себе его оставь, уважаемая, — щедро объявил я. — Глядишь, еще и из винтовок что заберете, мы же союзники. Выстави-ка у ворот часового, а как рассветет, потащим за периметр весь остальной трофей. И это… не уснем ведь, давай чайку, что ли.
— А кофе имеется? — встрял Гоблин.
Женщина горестно всплеснула руками:
— Да откуда ж, мальчики…
— Ничего, у нас запасец имеется, угостим, — успокоил я хозяйку.
Уже знакомый хлопок в ладоши. Громкий, повелительный:
— Девки-и! Лахудры-ы! Самовар грейти-и! И баню!
Вот теперь есть случай и повод, можно поговорить серьезно.
О дружбе и союзе, о помощи и поддержке, организации в Березовом базы анклава и ее же форпоста, блока с парочкой сербов, на радость косоварам. Как это Гуляйполе без нас обходится?
Это неприемлемо, согласитесь.
Юра Вотяков, начальник радиослужбы анклава, гость со стороны невесты
Пузатый немец, тащивший тяжелую скамейку сложенными за спиной руками, ростом был пониже напарника, вся тяжесть на него давила. Второй — помоложе и поглупей — накатывал, торопил. Форейтор терпел шагов двадцать, потом остановился окончательно и эмоционально выдал: