— Прошу вас, угощайтесь, — произнес Кенони Садэо. — Мы продолжим наш разговор, после трапезы.

Когда с едой было покончено, точно так же как и с замечательным вином, немного захмелевший, но никак не демонстрировавший это Кенони Садэо обратился к Хэварду:

— Правда ли, что вы считаетесь одним из лучших наемников?

— По крайней мере, я до сих пор жив, в отличие от многих других.

— Ваш народ — отличные воины, — пальцы старика коснулись длинного шрама на лбу. — Я много раз сталкивался с вами в бою.

— То же самое могу сказать и о ваших соотечественниках. — Седой эхсне нравился Хэварду. Он являлся одним из тех, в ком ярко ощущалась гордая кровь его народа.

Хэвард впервые лично познакомился с генералом армии эхсне Кенони Садэо, но то, что он слышал про этого мужчину раньше, свидетельствовало о том, что перед ним настоящий герой, опытный стратег и один из лучших мечников своего народа.

— Я неплохо владею клинком, — словно прочитав мысли даэрца, произнес Кенони. — Но однажды я встретил воина, не уступающего мне в мастерстве. Я не знаю, что случилось с ним сейчас, жив ли он до сих пор… Мы столкнулись во время одного из боев за Тракед и оставили друг другу такие подарки, — глава рода Садэо указал на свой шрам.

— Орик Сторгер, — вспомнив лицо главаря наемников, Хэвард сразу же подумал, что шрамы мужчин и впрямь похожи.

— Вы знаете его? — оживился Кенони. — Он жив? Нет, не подумайте, я не думаю о мести. Просто мне хотелось бы встретиться с ним, поговорить, как старый солдат со старым солдатом. Тем более я до сих пор в долгу перед ним, — заметив заинтересованные взгляды гостей, старший Садэо пояснил: — Он выдал нам тела наших павших воинов, позволив забрать их и выразив тем самым свое почтение павшим в бою. Для моего народа это многое значит.

— При случае я передам Орику ваши слова. Думаю, он с радостью примет приглашение.

— Я был бы вам очень признателен, — благодарно кивнул Кенони Садэо. — Не сочтите за наглость и грубость, но я хотел бы попросить еще кое о чем.

— Что я могу сделать?

— Я сейчас в отставке, — неторопливо начал седой эхсне, не мигая, глядя в глаза своему собеседнику, — но продолжаю обучать воинов. В основном это молодежь, не знающая, что такое настоящий бой. Я хотел бы попросить…

— Отец… — умоляюще начала Шанали, но Кенони Садэо одним лишь жестом заставил дочь замолчать.

— Я хотел бы вызвать вас на дружеский бой, чтобы продемонстрировать своим ученикам, каковы были наши противники и как отчаянно храбры были их отцы, выходившие на бой против лучших воинов Альянса. Не откажете ли вы мне в просьбе скрестить клинки в дружеском поединке?