Он надавил ей на затылок сильнее, вжимая лицом в плитку.
— Тот, кого ты так долго ждала, — прошептал незнакомец в плотной маске, и его горячие губы сквозь ткань скользнули по её влажной от пара шее. Пальцы, застрявшие между её ног, начали медленно, издевательски поглаживать клитор, отчего по позвоночнику Марии пробежал ток.
— Что… что ты собираешься делать?! — всхлипнула она, чувствуя, как его твёрдый член пульсирует через одежду, вжимаясь в её ягодицы.
— Я всю ночь буду тебя трахать до потери сознания, Машенька, — его голос вибрировал от животного голода. — Тра-хать… — по слогам отчеканил сталкер, сжимая её горло чуть сильнее, заставляя девушку тихо заскулить. — До рассвета я к твоим услугам, милая моя.
— Всё, Махан, пиздец подкрался незаметно! Да у тебя крыша поехала с твоими этими сталкерами, преследователями! Что и требовалось ожидать! — Анастасия Гордон помешивала сахар ложкой в своём и без того сладком рафе на кокосовом молоке, собираясь запить этим месивом обожаемый малиновый чизкейк. Только вот Насте эти калорийные бомбы были нипочём — от природы лучшая подруга Тихомировой была стройная, как осинка, и с лёгкостью позволяла себе обжираловку после шести. «Ведьма моя», — с любовью кликала её Маша, будучи склонной к полноте, ведь даже дышать над чем-то сладким и жирным могло привести к неконтролируемым последствиям.
— Да, приснилось же такое… — соглашается Мария, отхлебнув пустой чай с лимоном, и заряжает своё портативное нагревательное устройство. Стик для айкоса приятно охлаждал слизистую нижней губы, хоть и отдавал ссаными тряпками. — Но знаешь, сновидение ощущалось таким явным…
Она смотрела в окно, на серую апрельскую Москву, где снег уже сошёл, но солнце всё ещё не спешило радовать своим теплом. Внутри было пусто. Месяц прошёл, а она всё ещё просыпалась с мыслью о Яше, о его словах, о его невинной улыбке, аккомпанирующей гнусному предложению. Десять лет. Десять лет она была его автобусом. А он, оказывается, хотел прокатиться на бизнес-такси.
— Тебе нужно реального мужика найти, — Настя отломила вилкой кусок чизкейка и отправила в рот, прищурившись от удовольствия. — Тебе же как Яков сказал? Свободные отношения! — она растянула слова, двигая руками, словно рисуя волшебную радугу. — Это, значит, время скакать по хуям и оставаться безнаказанной. Погуляете, потрахайтесь на стороне, а потом вернётся он к тебе, как миленький. Только нахуй оно надо, а?
— Настюх, ну не могу я так. Не могу, — с досадой и сжимающимся сердцем Тихомирова мимолётно погрузилась в свой мир накачанных сексуальных мужиков, что дразняще поигрывают мышцами в танце или на тренажёрах. «Рилсы» в Инстаграме сменяли друг друга. Девушка закусила губу, зависая над одним привлекательным роликом в телефоне. Обнаженная по пояс гора выточенных из камня мускул грациозно двигала тазом, имитируя половой акт. Мышцы перекатываются, пот блестит на загорелой коже, и кажется, что этот парень с экрана смотрит прямо на неё, хоть взор и скрыт под маской персонажа из фильма ужасов. — Люблю я Яшку… может, одумается ещё…