— Хорошо.

— Ты согласен⁈ — не веря, поразилась я.

— Конечно, — легко подтвердил он. — За возможность получить тебя и делать с тобой все, я бы отдал и больше.

Он подхватил мои пальцы и потянул обратно в ванну, устраивая меня спиной на себе. Одна его рука тут же легла мне на грудь, а вторая устроилась между ног, которые я тут же сжала и попыталась увернуться.

— Тсс, — шепнул мне на ухо он, прикусив мочку.

Его пальцы сжали и покрутили мой сосок, а вторая рука внизу медленно начала двигаться. Едва-едва, но почему-то это распаляло еще сильнее, чем куда более откровенные прикосновения. Дыхание тут же сбилось, а сердце застучало быстрее.

Кажется, вода начала остывать или мое разгоряченное тело уже не чувствовало окружающую температуру? Жар шел изнутри, он обжигал, опалял и особенно горело между ног. Никакая вода не способна была потушить это бушующее пламя. Только умелые пальцы, от которых, кажется, сейчас зависела моя жизнь.

Но Эван не собирался останавливаться, и через несколько минут я выгнулась дугой, задыхаясь от крика и удовольствия, а после обмякла, не в силах больше шевелиться.

Наверное, следовало поощрить подобное, ведь упирающаяся в меня твердость явно намекала, что не мне одной нужен был второй раз.

Но из первой комнаты раздался стук, и Эван, цыкнув, вылез из ванны, завернулся в халат и пошел открывать.

— Ужин подан, — заглянул он ко мне, когда входная дверь закрылась вновь. — Ты ведь наверняка проголодалась.

На самом деле, голод я почувствовала только сейчас. Голод и усталость, словно вода вытянула из меня все силы.

Но Эван помог мне вылезти, вытереться — это он делал с особым удовольствием — и надеть второй белый халат, оказавшийся мне несколько великоватым, зато мягким и уютным. Впрочем, заказанный им ужин однозначно стоил всех усилий, и вообще стоил. Много. К концу его, когда я перепробовала почти все блюда, все-таки начала клевать носом. Усталость брала свое и перевешивала все остальное.

— Мне пора, — с сожалением проговорила я, поняв, что иначе усну прямо на стуле.

— Давай останемся здесь? — предложил Эван, и мне ужасно, просто чудовищно захотелось согласиться.

— Я не могу, — мотнула головой я, отбрасывая заодно и все сожаления о несбыточном. — И не спрашивай ни о чем, пожалуйста.

— Не буду, пусть и очень хочу, — Эван внимательно смотрел на меня, но я лишь отвела взгляд.

Мне было что ему рассказать, но я правда не могла. Потому что на второй чаше весов была сестра, ее жизнь и благополучие.

— По поводу денег, — поняв, что пояснений от меня не дождется, произнес Эван. — Я так полагаю, чек ты не примешь, только наличные.