Но ничего.
Сейчас это была простая теория.
Когда у него появится наглядная, физическая модель всей этой системы (хотя в некоторых вселенных, наверное, не было законов физики), он сможет сколько угодно медитировать над ней в своих попытках познать великую тайну.
Но опять же, приступать к практической реализации этого проекта можно было только после того, как Маргулы сделают своё Сердце мироздания. До этого момента устанавливать связи между вселенными было опасно. Сердце представляло собой силу воображение, «Сознание», которое находило отражение на материальном плане бытия. Данный принцип работал и в обратную сторону. Александр опасался, что, если привяжет Альтернативную вселенную к Первоначальной, последняя поглотит её с помощью своего сердца. Причём непреднамеренно. Ему достаточно будет знать и представлять себе обе вселенные, чтобы они сошлись воедино.
Пока же Маргулы работают, он мог заняться другими делами.
Например, проведать Первоначальную вселенную.
С тех пор как Александр навещал её последний раз прошло совсем немного времени. И немудрено. Ведь уже тогда мир, или по меньшей мере раса орков, обитавшая в пределах безграничных джунглей, находилась на пороге великих перемен.
Пять могущественных Патриархов, — Сиятельного рассвета, Неистовых Прерий, Зелёного истока, Бескрайнего леса и Столикого древа — создали коалицию и отправили свои армии, чтобы усмирить безумного Патриарха Бешеного грома.
Формально, они обвиняли его в святотатстве. В том, что он был беспощадным тираном, который творил бесчинства и даже посягался на честь своей собственной дочери.
На самом деле они боялись его неумолимо возрастающей силы.
Некоторые патриархи выступили явно.
Другие с виду оставались нейтральны, но в тайне оказывали поддержку коалиции. Казалось бы, у Патриарха Бешеного грома не было ни единого шанса, и в то же время благодаря реформам, проведённым его гениальным сыном и стратегом, его армия была сильнейшей в пределах великого леса. Победить её было непросто. Именно поэтому все чрезвычайно удивились, когда сильнейший авангард Бешеного грома был уничтожен во время первого же сражения, причём уступающими силами.
Как так получилось?
И кем был таинственный генерал в чёрной маске, который командовал армией коалиции?..
С определённого момента в рядах армии Коалиции появился таинственный генерал, который всегда носил чёрную маску. Никто не видел его лицо. Никто не знал его имени. Сам он просил называть себя Наместником Чёрного Неба.
Многие только усмехнулись, когда впервые об этом услышали. Прозвище, говорили они, было через чур высокомерным. До сих пор только Патриархи смели брать себе имена, связанные с небом. Даже генералы считались недостойными подобной чести, что и говорить про труса, который не смел показать своё лицо. Зеленокожие были высокомерным народом. Им нравилось «кичиться» своими достижениями. Так что подобного рода маскировку считали в лучшем случае странной, в худшем: проявлением величайшего порока — робости.