— Это была последняя капля, крошка, — проговорил он, и его голос стал мягче, почти ласковым. Но в этой мягкости было больше угрозы, чем в крике. — Ты меня достала.

Он закрыл за собой дверь. Я слышала, как щёлкнул замок. Я стояла посреди коридора, тяжело дыша, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Мои руки дрожали, а пальцы всё ещё сжимали мокрую швабру.

Я проигрывала в голове его слова: «Скажи прямо. Мне нравятся прямолинейные девчонки».

Значит, он не был так уж и равнодушен. Он просто ждал, чтобы я перестала ходить вокруг да около.

Я усмехнулась, и в этой усмешке была победа. Я была на шаг ближе к своей цели. Он сам закрыл за собой дверь. Он сам вошёл в мою квартиру. Он сам дал мне понять, что игра началась.

Прости, Инга. Кто не успел — тот опоздал.

Но внутри меня уже зарождался страх. Не перед ним. Перед собой. Потому что я понимала: этот парень не будет нежным. Он не будет играть по моим правилам. Он будет брать своё. И я не знала, готова ли я к этому по-настоящему.

Но отступать было поздно.

Я взяла себя в руки, выпрямилась и пошла к нему. Навстречу своей победе. Навстречу своему поражению. Навстречу тому, что должно было случиться. К своему недотроге.