то, чего боятся. И за то, чего по-настоящему хотят, но не могут себе позволить из-за страха. Из-за этих самых

норм. Это замкнутый круг трусости.

Я лежу и слушаю. Их слова звучат как другой взгляд на мир. Жёсткий, циничный, но на удивление честный. Ты никому ничего не должна, - говорит Эмиль. - Ни обществу, ни своим собственным надуманным правилам. Ты должна только себе. Себе честной, понимаешь? И если честной тебе было хорошо, если ты не причинила боли, не предала, не сделала подлости - то всё, что было, было правильно. Для нас троих. А мнение какого-то гипотетического всего мира... - он делает паузу. - Похуй. Я вдруг понимаю, что они не просто утешают меня. Они учат. Другому способу смотреть на вещи. Менее болезненному. Более свободному.

Внутри меня будто что-то щёлкает, тихонько так, медленно. Словно во мне что-то спало и вдруг начинает просыпаться.

Но, а если отбросить все эти правильно и неправильно? Если представить, что эта ночь - отдельная вселенная, со своими законами? Где проклятие дома - не шутка, а правило.

Где два таких мужчины это не опасность, а... Дар?

Мы не говорим, что надо плевать на всех и вся, - добавляет Раиль. - Мы говорим выбирай чьё мнение для тебя значимо

Ты сегодня была смелой, - говорит Эмиль наконец, и его голос становится тише, почти нежным. - Смелее, чем большинство. Ты попробовала то, чего хотела. И тебе понравилось. В этом нет ничего плохого. В этом есть сила. Сила.

Я никогда не думала об этом в таком ключе. Для меня это была слабость. Капитуляция перед искушением.

Я открываю глаза. Смотрю в потолок, на котором танцуют отблески огня. Чувствую вес их тел, тепло их кожи, твёрдость мышц подо мной. Чувствую это странное, новое, хрупкое чувство... Возможно, начинающееся принятие самой себя. Той части себя, которая способна на такую дикую, такую неправильную страсть.

Я не знаю, - тихо говорю. - Всё это слишком ново. Слишком...

Никто не торопит, - говорит Эмиль, целуя моё плечо. - У нас есть время. Я закрываю глаза снова.

Мысли ещё копошатся, но они уже не такие ядовитые. Они больше похожи на растерянных пчёл, которые не могут найти улей.

А вокруг тепло, безопасность и два низких голоса, которые нашёптывают мне новую, пугающую и манящую правду. Может быть, моя нормальность - это не то, что я всегда думала. Может быть, она начинается здесь, на этом ковре, между двумя мужчинами, и звучит как слово идеальна, сказанное с искренним восхищением.

Тепло. Глубокое, всепроникающее.

Оно идёт от тел, между которыми я зажата.

Я лежу на Раиле, как на живой, дышащей грелке. А сзади Эмиль он как второе одеяло, жаркий и уютный, его дыхание струится по моей шее.