Это слово сейчас значит всё.

Нина кивает, прижимаясь к нам.

Я смотрю на огонь. На кольцо на её руке. На брата, который не скрывает ухмылки. Дом. Семья. Жена.

Спустя более тридцати лет жизни. Появилось всё. И даже больше. Потому что это моё. Выстраданное. Завоёванное.

И защищать это я буду до последнего вздоха.

Эпилог. Снегурочка

Семь лет.

Сегодня ровно семь лет с той ночи.

С мороза, страха, блестящего костюма Снегурочки и двух незнакомцев в чёрной машине, которые стали моей вселенной.

Мы отмечаем. Не грандиозно, а по-семейному. Это наша годовщина.- Мам! Ма-а-ам! - раздаётся крик из глубины коридора. Высокий, негодующий, полный праведного детского гнева. - Даня меня обижает!

Я улыбаюсь, даже не оборачиваясь. Продолжаю вешать последнюю игрушку на ёлку. Игрушку ручной работы, смешного снеговика, которого мы слепили с детьми в прошлом году из глины. Слышу лёгкий, стремительный топоток. Порывистое шлёпанье ножками по паркету. Оборачиваюсь как раз вовремя.

Ко мне несётся моя маленькая буря. Лиза.

Три года отроду, а уже с характером. Тёмные, как у Раиля, растрёпанные кудри летят во все стороны. Пухлые щёки надуты от возмущения, большие серые глаза, мои, так говорят мужья, блестят от обиды. В крошечном зелёной платьице она похожа на разгневанного эльфа.

- Мамочка, - бухтит Лиза, уже подбегая и хватая меня за штанину. - Даниил плохой! Я присаживаюсь на корточки, открывая объятия. Сердце, как всегда в такие моменты, сжимается от такой острой, сладкой боли.

Люблю. Боже, как же я их люблю. Этих двух неугомонных человечков. Каждая их пушинка на голове, каждая царапинка на коленке, каждое это надутое негодование

- всё моё.

Всё бесконечно драгоценное.

- Что случилось, зайка? - спрашиваю, но уже вижу, как из-за угла показывается её обидчик. И Лизу перехватывают на лету. Большие, сильные руки подхватывают её под мышки, взмывают в воздух. Малышка вскрикивает от неожиданности, но через секунду, это уже не крик, а визг восторга. Забытые про все обиды.

- А вот и наша принцесса-нытик! - раздаётся, полный веселья голос Эмиля. Муж кружит её, а она смеётся, заливисто и беззаботно. Ко мне подбегает старший Пятилетний Даниил.

Он странная, идеальная смесь всех нас. Тёмные, прямые волосы Эмиля, но всегда чуть взъерошенные, с беспечным беспорядком.

Серьёзные, внимательные глаза, но в них постоянно мелькают озорные искорки. И эти пухлые, детские щёки, которые я не могу не целовать при каждой ВОЗМОЖНоСТИ

- Мам, я её не обижал! - заявляет сын, хватая меня за руку. - Я просто построил крепость из кубиков, а она её сломала!