- Вечером нас Зуевы ждут. Я им вчера отписался,

- произносит Раиль,

откидывается на спинку стула и отпивает кофе.

- Помню, - кивает Эмиль. - Значит, выезжать надо часа в четыре, если не хотим по темноте хуячить.- И заехать по пути, - добавляет Раиль. - Те доки подписать.

Они говорят спокойно. Деловито. Без эмоций. А я слышу только одно. Выезжать. Я сжимаю кружку крепче, чем нужно. Пальцы белеют.

Вот и всё. Вот он. Этот момент, когда реальность догоняет.

Я смотрю, на мужчин. И мне вдруг хочется сделать что-то совершенно глупое, подойти, прижаться, уткнуться лбом кому-то из них в плечо.

Просто чтобы не думать.

Но я остаюсь на месте. Сижу ровно. Спокойно. Внешне.

Внутри шум. Апокалипсис. Цунами десять баллов, плюс землетрясение. Как будто моё сердце бьётся так сильно, что ударяется о рёбра. Зачем я вообще в это ввязалась?

Я спрашиваю себя и тут же отвечаю.

Потому что, если бы не попробовала, сожалела бы до конца жизни. Потому что это было слишком... Настоящее, слишком хорошо, чтобы от него отказаться. Мужчины продолжают говорить, про дорогу, про дела. Я слушаю и не слушаю одновременно Слова пролетают мимо, цепляя только интонациями.

И с каждой минутой внутри нарастает ощущение прощания.

Я стараюсь держаться. Не показывать. Но тело всё равно выдаёт, плечи напряжены, дыхание поверхностное, пальцы то и дело сжимаются.

Почему мне так грустно? Почему я так быстро к ним привязалась? Они были рядом, когда мне было хорошо. Когда я чувствовала себя живой. Желанной. Принятой.

И теперь мысль о том, что это закончится, режет глубже, чем я готова признать. Я допиваю кофе. Ставлю кружку на стол слишком аккуратно, будто боюсь издать лишний звук. Мне кажется, я умираю. Медленно, тягуче, изнутри, как будто внутри аккуратно, методично стягивается узел у меня в груди, делая каждый вдох всё более коротким

- Так, - раздаётся голос Эмиля, и я вздрагиваю, будто меня вынули из-под воды. -А со снегурочкой что делать будем?

Я резко поднимаю голову. На секунду не понимаю, о ком он. Потом доходит. Обо мне. Я смотрю на них. И это почти физически больно

Эмиль стоит, опираясь бедром о стол. Он выглядит слишком хорошо для моего состояния. Раиль рядом, скрестив руки на груди. Сдержанный. Хмурый.

В смысле - что делать? - говорит Раиль, переводя на него взгляд. Ну в прямом, - пожимает плечами Эмиль. - Мы ж не можем просто её, - он делает неопределённый жест рукой. - Оставить.

Оставить. Слово врезается под рёбра. Раиль хмурится сильнее.- Тачка большая. Сюда доехали втроём - значит, и дальше доедем, - Раиль засовывает руки в карман. Я чувствую, как что-то внутри меня резко сжимается.