— Муж угрожал мне забрать его. Сказал, что я не справлюсь, что одна я не смогу дать сыну то, что нужно. Что у него больше возможностей и связей. Я боюсь, что он начнет настраивать сына против меня.
Я не знаю, почему говорю личные вещи. Но сейчас слова так легко слетают с губ. Я чувствую облегчение, что можно поделиться не только с Юлей, которая и так сильно переживает за меня. После пережитого за последние сутки банально не остается сил что-то изображать и сдерживать порывы.
Я ставлю пустой стакан на кухонный остров и провожу пальцами по прохладной столешнице.
— Еще он знает, что я буду выбирать методы. Не пойду на крайние меры. А борьба за ребенка — это всегда грязь. Я не хочу, чтобы Марк проходил через это.
Я выдыхаю и только потом решаюсь взглянуть на босса. Он пристально смотрит на меня. В его глазах больше нет легкости, только изучающее сосредоточенное выражение.
— Поэтому ты так вцепилась в эту работу?
Я киваю.
— В тебя, если быть точнее. — Я отвожу взгляд и смотрю на свои руки. — Я подумала, что, если у нас случится короткий роман, я смогу попросить у тебя помощи.
— Вот для чего ты пришла в мой кабинет.
На его лице не отражается ни удивления, ни жалости. Только тихое осознание.
Игорь отлучается по делам, а мне приказывает отдыхать. Я не против. Я весь день провожу в его апартаментах, пытаясь осознать удивительные перемены. В чем-то они жуткие, а в чем-то интригующие.
Даже тот факт, что я снова оказалась у него дома, до конца не укладывается в голове. Хотя его апартаменты мне все-таки не нравятся. Они большие, просторные, идеально убранные, но я люблю другие интерьеры. Гладкие поверхности, строгая мебель, приглушенные цвета — все это больше напоминает офис, чем место, в котором хочется жить.
Вечером я слышу, как открывается дверь, и оборачиваюсь.
Шумицкий.
Он заходит внутрь, снимает пиджак, ослабляет галстук.
— Как прошел день? — спрашивает он, проходя на кухню и доставая бутылку лимонада.
— Спокойно. Даже слишком.
Он бросает на меня быстрый взгляд, приподнимая бровь.
— Не привыкла к тишине?
— Не совсем. Я просто привыкла к тому, что всегда есть список дел.
Он делает пару глотков воды, прислоняется к столешнице.
— А у тебя? Что происходит в офисе?
— Пока все как обычно, — отвечает он. — Началось внутреннее расследование, но его проводят скрытно.
Я киваю. Если Марисов действительно причастен ко всему этому, то лучше пусть думает, что пока в его сторону нет подозрений.
— Сегодня ночью прилетает мой специалист, — продолжает Шумицкий. — Он на месте проверит все бумаги.
— Ты уверен в нем?