— Твоя Наташа хамка! Она вообще от рук отбилась! Будь мужчиной и защити родную мать, приструнив эту нахалку! Я вообще не понимаю, как она смеет так со мной разговаривать! Я ей желаю только добра, во всём ей помогаю, даю дельные советы, а она… она… У меня просто слов не хватает, чтобы выразить своё возмущение!
Мама тараторила с такой скоростью, жалуясь на Наташу, что я мало что мог понять. Но, как я разобрал, у них разговор зашёл о детях, и она напомнила моей жене о её погибшей дочке, хотя я просил её держать язык за зубами.
Вот я как чувствовал, что не стоило рассказывать об этом маме. Но надеялся, что эта информация заставит её на время успокоиться и отстать от нас, объяснив, почему вопрос беременности такой щепетильный для Наташи.
Отделавшись от мамы фразой «я сейчас поговорю с женой», уже пожалев, что поддался на её просьбу и разрешил пожить у нас, я вошёл в спальню, сразу же наткнувшись взглядом на Наташу.
Она, вопреки звучному голосу моей мамы, крепко спала, укутавшись в плед. Её чёрные волосы красиво разметались по подушке, белая кожа казалась ещё светлее в вечерних сумерках, а губы выглядели неестественно алыми.
Невольно залюбовавшись женой, я подошёл к кровати, сев на самый край, и провёл рукой по её щеке.
Наталья
Проснувшись от еле ощутимого прикосновения, я открыла глаза и увидела рядом с собой Влада.
На губах мужа появилась еле заметная улыбка, которая отозвалась в моей груди приятным теплом.
Но стоило мне окончательно проснуться, как я вспомнила разговор со свекровью, и приятное послевкусие вмиг исчезло.
Давно я не спала после обеда, уже забыв, каким ватным может быть тело, из-за чего не хотелось шевелиться и тянуло снова закрыть глаза.
Вот только глупо было сбегать от реальности таким способом, как и прятаться с его помощью от грустных воспоминаний и боли. Поэтому я заставила себя встать, приняв сидячее положение, после чего убрала растрепавшиеся волосы за спину и снова посмотрела на Влада, пытаясь понять в каком он настроение.
Меня бы не удивило, если бы муж был зол на меня, поверив словам своей матери. А так как у Ларисы Николаевны богатая фантазия, то я представляла себе, какими красками она могла дополнить наш разговор, лишь бы выставить себя жертвой, а меня главной злодейкой.
Но, вопреки моим ожиданиям, Влад притянул меня к себе, оставив на моём лбу лёгкий поцелуй.
— Ты хорошо себя чувствуешь? Какая-то ты вся горячая.
Только после этих слов, я почувствовала, что мне и правда жарко, тело будто горело изнутри, но ощущений, что я заболеваю, не было. Наверное, так сказывается на меня стресс.