Но автобус долго не подъезжал к остановке. Я сидел на скамеечке и болтал ножками, стараясь не смотреть на мужчину. Однако, меня начинала парить эта история. Если он сядет со мной в один автобус, а потом начнёт следить за мной у дома…
Не факт, что мы с мамой прописаны в той съёмной квартире. Вполне возможно, следящий за мной не знает, где живу. И тогда будет лучше, если не стану возвращаться.
Написал сообщение матери.
[Мама! А можно у Эрика остаться с ночёвкой⁈]
Ответ пришёл спустя минуту.
[Что⁈ Ты совсем что ли?]
[Пожа-а-алуйста! А с утра мы вместе пойдём в школу!]
[Ладно….]
Я выдохнул паром, набирая номер темноволосого приятеля. Мальчишка не отвечал с минуту, но позже взял трубку и сонно промямлил:
— У аппарата.
— Я у тебя сегодня ночую, — поставил мальчика перед фактом.
— Маманя тебя выгонит, если заметит, — пробурчал он.
— Она заметит?
— Нет, разумеется! — усмехнулся он. — Ладно, гони ко мне. Есть разговор насчёт подготовки к войне с лысым козлиной!
Я отключился, глянул на Жульена и натянул улыбку. Что ж, понимаю, рано или поздно они вычислят, где живу. Но мне нужно время, чтобы обмозговать историю со слежкой. Понять, что от меня хотят. Ну и узнать, кто за мной вообще следит.
Дождался другого автобуса, оплатил проезд и присел за свободное место. Аккурат за мной присел тот самый мужик в пальто.
— Мудак… — шепнул я, уткнувшись лбом в окно автобуса. Меня никто не услышал.
И мы двинули на район, где жил Грачевский. Мальчик встретил меня, махая рукой из оконной створки. Старался не кричать, чтобы не услышала мать, показал пальцем на угол забора и жестом просил перелезть через него.
Мы подошли к углу. Я глянул на Жульена, а тот подставил руки.
Использовал его как опору, повис на заборе и подал ему ладонь, помогая взобраться следом. Мы оказались в ограде и прошмыгнули в сторону дома, стараясь не натыкаться на тотемы, расставленные повсюду.
Мальчишка сбросил верёвку и махнул рукой, мол, поднимайтесь.
Пришлось лезть по канату вверх.
* * *
Мужчина в осеннем пальто смотрел на картину. Бабка с внуком используют канат, чтобы забраться на второй этаж дома. Смотрел и глазам поверить не мог. Притом оба минуту назад перелезли через забор — да так ловко, словно бабулька до сих пор на шпагат садится. Мужчина сглотнул и набрал номер.
— Ало, Васильев?
— Слушай, Коль. Может, перестанешь мне по ночам звонить⁈ — с раздражением выпалил капитан.
— А у этого… как его, Демидова, — протянул Николай, продолжая наблюдать за карабкающейся по канату бабке в дождевике. — У него бабушка есть?
— Не знаю.
— У неё нет случаем разряда по акробатике? — спросил лейтенант. — Может, какие-то другие виды спорта, связанные с канатами.