— Это вам, — хотел добавить что-то обидное, но промолчал. — Берите, бери-и-ите. Я уверен, вы такие злые, потому что не получали подарков давно!
Женщины переглянулись. Лариса чуть было не вырвала цветок из моих рук и принюхалась. Вторая последовала её примеру.
— У Редискиных стащил поди? — фыркнула старая.
— Кто это? — изогнул я бровь.
— Ладно, не расскажем, — отмахнулась вторая старушка. — Спасибо, внучек.
— Не за что! — улыбнулся я. — Будете чаще улыбаться и меньше… гундеть, может, ещё подарю!
— Ой, иди уже, — махнула рукой Лариса Евгеньевна. — Воришка маленький.
— Ладно тебе, Ларис. Спасибо, Руслан, — вторая кивнула. — Спасибо. Порадовал.
— Ага! Доброй ночи!
И пошагал в подъезд. Поднялся в квартиру, где не заметил матери. Аккуратно убрал букет в вазу, наполнил её водой — и пошагал в ванную.
Решил, раз уж начал с добрых дел, чего бы не приготовить матери ужин? Придёт домой, порадуется. А когда цветы увидит, так совсем засветится от счастья. В общем, начал готовить.
Залил в кастрюлю воды, поставил её греться. После чего нарезал на маленькие кусочки пару луковиц и закинул в сковороду жариться. Перемешивая, достал из холодильника фарш и закинул его в сковороду. К тому времени вода в кастрюле вскипела, и я добавил макароны, посыпав сверху солью.
В прошлом я нередко участвовал в готовке. Как дома, так и на службе. Не скажу, что из меня вышел бы отменный повар, в роте были ребята и поталантливее, но всё же. У меня нередко получалось радовать супругу своими кулинарными талантами.
Когда фарш поджарился, я залил сверху немного аджики и принялся размешивать мясо. Убавил огонь, оставил ужин готовиться и принялся за уборку кухни.
Мама пришла в момент, когда уже всё было готово. Первым её встретил запах. Женщина шагнула на кухню, посмотрела на меня и открыла крышку кастрюли.
— Русла-ан! — протянула она, посмотрела на меня и наткнулась на букет цветов. — О господи! Сынок!
Женщина взяла вазочку в руки и принюхалась к цветам, сказав лишь «это мои любимые!». А я смотрел на неё и не мог сдержать детской радости. Даже засмеялся невольно, глядя на эту милую картину.
— Ну-у-у держись! Сейчас мама тебя расцелует! — хищно улыбнулась она, положила цветы и принялась меня расцеловывать, параллельно щекоча.
— Ну ма-а-ам! Хватит!
— Ти мой ангелочек! — залюлюкала женщина и обернулась на сковороду. — Паста болоньезе! Ты что со мной вытворяешь, Руслан? Хочешь, чтобы инфаркт хватил⁈
— Не хочу, — мотнул я головой.
— Обожаю тебя! — потрепала она меня за щёку. — Ну, раз ужин готов, беги мыть ручки. Давай я хотя бы на стол накрою, а то неловко совсем! На шее у тебя сидеть!