Увидев эту сцену, двое охранников направились ко мне, явно намереваясь выпроводить.

— Если у вас нет дел, можете идти, — прозвучал холодный голос Киры среди щелчков затвора. — Здесь слишком мало места для такого количества людей.

Охранники замерли в нерешительности, глядя на нее. После холодного взгляда они только молча кивнули.

— Обычная скорость мишеней? — спросил инструктор.

— Да.

Кира подняла винтовку и сделала три пробных выстрела по самой дальней мишени.

Десять, десять, девять.

Отличный результат, но она слегка нахмурилась. Поправила стойку, несколько секунд наблюдала, снова выстрелила.

Десять, десять, десять.

Брови разгладились. Получив подтверждение от инструктора о настройке скорости мишеней, она вдруг посмотрела на меня.

— Ты все еще не планируешь участвовать в математической олимпиаде?

— Нет, я не изменил своего решения, — ответил я, перезаряжая оружие.

— Может, посоревнуемся здесь? — Уголки ее губ слегка приподнялись. — Я буду стрелять на максимальной скорости, ты можешь выбрать любую, я не против.

Похоже, после разгромного поражения в математике хочет взять реванш. Я искоса глянул на нее. В симуляциях Кира тоже постоянно искала способы посоревноваться со мной до нашего совместного участия в выборах. Правда, ни разу не выиграла.

— Тогда я тоже выберу максимальную скорость, — кивнул я инструктору. — Будете считать очки?

— Конечно.

Инструктор быстро подготовился и начал отсчет. Мы с Кирой одновременно подняли оружие, приняв профессиональные стойки.

Свист-свист-свист!

Тарелочки вылетали в небо с неравномерной скоростью, под разными углами и с разными интервалами, создавая максимальную случайность. В зависимости от цвета они давали разное количество очков — самые светлые летели быстрее всего, под самыми сложными углами и приносили больше очков. Самые темные — наоборот.

От мелькания рябило в глазах.

Бах! Бах!

Выстрелы звучали поочередно, точно и уверенно, следуя за каждой новой мишенью в почти музыкальном ритме.

Через три минуты машина перестала выбрасывать тарелочки. Мы оба опустили оружие, вернувшись к безопасному положению.

На траве поля рассыпались осколки — ни одной целой мишени.

Кира слегка нахмурилась и, не дожидаясь подсчета очков инструктором, сказала:

— Триста девяносто. Максимум. Ты действительно очень хорош.

— Ты тоже набрала максимум, так что мы равны, — вежливо ответил я.

Кира помолчала несколько секунд, прикусив губу.

Да, она тоже набрала максимум — каждая тарелочка была точно поражена. У нее даже хватало внимания наблюдать за стрельбой Сани, поэтому она смогла назвать его счет. Но именно наблюдение показало ей разницу в уровне.