Я уже открыто курил, да и родители не то, чтобы одобряли мою привычку не возражали против нее. Студент, парню 18 лет, работает ментом, да еще тачку заработал, ведь батя знал, что я ее честно купил, а не подарок, вот еще и квартира. С хрена ли мне запрещать и как собственно запрещать? Да и не коминаут сделал признавшись в не правильной ориентации, с которой у меня все было правильно, так что родителям моя дурная привычка не нравилась, но не повод отказываться от сына. Мы вышли всей толпой мужиками и закурили на площадке.

— Сын ты меня поражаешь. — Начал подвыпивший отец.

— Ты о чем бать?

— Такое ощущение ты торопишься жить, куда-то не успеть боишься? — Отец блин, он же сердцем видит и что ему ответить?

— Так вроде, как все, пытаюсь не хуже других быть.

— У тебя получается быть лучше других, вот своя машина, квартира, сейчас про твой пейджер и мобильник на которые ты сам заработал уже как-то и говорить смешно, так «мелочи».

— Ты говоришь, будто осуждаешь…

— Племяш, может у тебя еще и гараж есть? — Засмеялся пьяненько дядька.

— Есть у него гараж. — Заступился за меня Шурик, которому не нравилось, когда на его друга и брата по ментовскому братству пытаются принижать.

— Да есть, вместе с квартирой купил, там с балкона гаражи видно, там у меня гараж. — Ответил я на немой вопрос бати в глазах. Балкон же был «хрущевки» т.е. маленький, учитывая некоторое добро, что туда поставил, никак в четыре морды-лица на нем было не разместиться на вопрос покурить.

— Сын плохое у меня предчувствие, знаю ты заработал и честный мент, но… Вот тут в душе, скребет что-то… — Отец провел круговыми движениями по груди в районе сердца. Зная, что когда не знаешь, что говорить говори правду, решил ее преподнести в качестве шутки.

— Батя скоро война и моя миссия остановить эту бойню.

— Че опять с Чечней? — Как-то очень серьезно отнесся к моим словам отец.

— Хуже с хохлами…

— Племяш, ты говори-говори, да не заговаривайся, три братских народа: русские, украинцы и белорусы! — Выдал формулу дядька.

— Да не сейчас, даже не через 10 лет, но нацисты поднимают голову.

— Бандеровцы прислужники, они не нацисты. Я уж поверил. — Улыбнулся батя.

— Да я тоже. — Рассмеялся Саня.

— Ой племяш, ой клоун! Война за воровство газа из труб — Ржал дядька.

— А вы поверили. Все будет хорошо. — И я улыбнулся самой светлой улыбкой, которой только мог.

Трешка, особенно в «хрущевке» не самая огромная квартира, но уложить спать 7 человек можно, особенно если потеснится. Дядька с отцом с утра не пили, а я взяв отца машину отца, а Шурик мою тачку отвезли всех на речку. Там все купались, а мы с мужиками ловили рыбу. В результате к вечеру хмель выветрился и батя с дядькой уехали домой. Потому-то и мы везли на машине гостей. Понятно бухому рядовому ездить на авто не по статусу, но с похмела и по селу, где шанс встретить гайцов минимальный можно, да и мы бы отбазарились т. к. менты, если бы влетели. Это как раз по статусу в селе бухие малолетки без прав тачки водят и ничего, а мент с похмелья, ну не самый большой косяк. Если чисто по закону, оно конечно не так, но вся страна «по понятиям» живет…