Деревня впереди. Небольшая, домов двадцать. Темно, ни одного огня. Мёртвая или пустая. Водитель сбавил скорость, напрягся. Джипы проехали через деревню медленно. Дома по обе стороны, окна чёрные, двери открыты. Ветер гнал мусор по улице. На пороге одного дома лежал труп — мужчина, старый, разорван пополам. Рядом детская игрушка — плюшевый мишка, вымазанный в крови.

Дюбуа отвернулся. Не смотреть. Видел слишком много сегодня. Мозг устал обрабатывать ужасы. Начинает тупо фиксировать картинки, не реагируя. Защитная реакция. Видел это у других солдат после тяжёлых боёв. Видел у себя после Мали, после Зоны. Пройдёт через несколько дней. Или не пройдёт, и тогда к психологу. Или к бутылке. Кто как справляется.

Деревня кончилась. Снова поля, темнота, дорога. Джипы ускорились. Впереди развилка — указатель на бенгали, стрелка направо. Водитель свернул, не спрашивая. Видимо, знал дорогу.

Ахмед проснулся, потёр лицо.

— Где мы?

— Между Даккой и Силхетом, — ответил Маркус. — Километров семьдесят прошли, осталось восемьдесят.

— Долго ещё.

— Долго.

— Питер как?

Маркус глянул в зеркало заднего вида, на второй джип.

— Коул, как там Питер?

Рация ожила, голос Коула, усталый:

— Плохо. Температура упала, кожа серая. Глаза ещё нормальные, но началось. Говорит, что голоден. Очень голоден. Я дал ему всю еду, что была — три батончика. Сожрал за минуту, просит ещё.

— Сколько у него времени?

— Не знаю. Часов двенадцать, может меньше. К утру точно начнёт терять себя.

— До Силхета доедем к утру?

— Если повезёт.

— Ладно. Держи его под контролем. Если начнёт превращаться окончательно — свяжи. Не хочу, чтобы он сожрал тебя по дороге.

— Понял.

Связь оборвалась. Пьер посмотрел на Маркуса. Немец сжимал руль, костяшки побелели. Ещё один боец на грани. Ещё один, кого, возможно, придётся убить. Команда таяла. Семеро было утром. Теперь пятеро. К утру, может, четверо. К вечеру завтра — трое. Статистика войны. Цифры на бумаге. Но за каждой цифрой — человек. С именем, с историей, с надеждами.

Ян хотел вернуться в Польшу после контракта. Купить домик в деревне, разводить пчёл. Говорил об этом иногда, когда напивался. Смеялся, что боевой сапёр станет пчеловодом. Теперь не станет. Лежит на лестнице высотки, сожранный гулями. Может, уже превратился в одного из них. Может, бродит по этажам, ищет живую плоть.

Томас хотел открыть клинику в родном городе. Помогать людям. Хороший парень был, добрый. Верил в лучшее. Пьер сам убил его по просьбе, вколов нож в основание черепа. Милосердие. Единственное, что мог дать.

Рашид, учитель математики, хотел… даже не успел рассказать. Попросил убить его, когда время придёт. Легионер выполнил. Одна пуля, лоб. Быстро, без боли.