— И ревуну?

— Ревун дело особое. Исключение, подтверждающее правило.

Линия пятиэтажек оборвалась, мы выскочили к широкому руслу оврага. По краю тянулась пешеходная дорожка, за смотровой площадкой справа через овраг был перекинут пешеходный мост. Часть ограждения срезана, но пройти можно. Я посмотрел на коптеры. Они как гончие вцепились в нас и не отпускали. Это действовало на нервы. Режиссёр по-прежнему надеялся свести воедино нас и охотников и, возможно, сейчас подтягивал ещё одну группу.

— К мосту, — махнул Коптич.

Поперёк дорожки лежал столб. Верхний конец завис над оврагом, к нему проволокой был примотан труп женщины в выцветшем платье и в берцах. Плоть разложилась, солнце отражалось на костях глянцевым блеском, и только с лицевой части свисали лоскуты высохшей кожи и часть седых волос. Пробегая мимо, Коптич хлопнул ладонью по столбу.

— Привет, Сотка. Дон, поздоровайся с девочкой.

Я взмахнул рукой, хоть и не понял, зачем:

— Привет, — и с опозданием спросил. — Кто это?

— Девка из Загона. Знаю только, что Соткой кличут и что с ней здороваться принято. Говорят, удачу притягивает. Нам же нужна удача, верно?

— Верно.

Когда вбежали на мост, я ещё раз оглянулся на поваленный столб. Руки Сотки были примотаны над головой, и со стороны казалось, что она указывает куда-то. Я проследил направление. За оврагом с правой стороны от моста тянулась застройка частного сектора. Над полукруглыми шапками садовых деревьев приподнимались островерхие крыши одно- и двухэтажных домиков, сразу за ними возвышалась железнодорожная насыпь. Моя точка находилась где-то там, и значит, Сотка как бы указывала, куда нужно идти. Спасибо за подсказку, но я и без неё знаю, куда идти.

Для начала неплохо бы перебраться на другую сторону. Неизвестные строители соорудили нечто странное. От одного края оврага до другого было метров триста, но они перебросили мост не по прямой, а вопреки любой логике скосили влево, к площади, и триста метров переросли в четыреста.

На полпути нас обстреляли. Сначала щёлкнула винтовка Кромвеля, потом сухим барабанным боем отработал калаш. Пули пролетели наискось, одна угодила в металлическую балясину и разорвала железо как бумагу. Это не Жестянщик, у того одностволка, стало быть, подоспела вторая группа охотников, и она экипирована на порядок лучше.

Снова забарабанил калаш. Коптич споткнулся, сделал несколько шагов и припал на колено. Тут же вскочил и побежал дальше.

— Нормально! — крикнул он. — Ходу, Дон, ходу!

С началом стрельбы коптеры оживились. Их было уже пять, наша история становилась всё интереснее. Первая серия должна быть в эфире, народ в Радии и у экранов планшетов беснуется. Не уверен, что мы станем героями, не каждому это дано, а вот трупами станем наверняка. В спины нам било уже два калаша. Пули рыхлили асфальт под ногами. Спасаясь, я вильнул вправо, ударился о заграждение, перевалился через него и рухнул в пропасть.