— Не буду.

— Вот и правильно. Зачем привлекать к себе лишнее внимание Конторы? А Тёща тебе вещички обеспечит. Не новые, конечно, новые ты не укупишь, но вполне приличные. Так ведь, Тёща?

Вернуть свою одежду я уже не надеялся, оставалось решить вопрос цены.

— Почём?

— Уверен, что не дорого. Ты же у нас новичок, со статами проблема, а инвестиции в Загоне не приветствуются. Сколько у тебя на счету?

— Тридцать семь.

— Тёща, хватит на комплект?

— Найду.

— Десять минут у тебя.

Тётка ушла, а Ровшан вдруг заинтересовался моими рёбрами.

— Чё за хрень? От Костыля подарок?

Опухоль расползлась по всему боку, кожа в некоторых местах почернела и сочилась сукровицей. При каждом резком движении боль в рёбрах пробивала тело током, и я лишний раз старался не дёргаться.

— Да нет, это ещё там, на базе, придурок один.

Ровшан прикусил губу.

— Как же тебя пропустили? Доктор должен был забраковать при осмотре.

— Да нормально всё. Пульсирует только. Заживёт.

— И счёт у тебя пустой, нанограндов не купишь, — не слушая меня, говорил Ровшан. Глаза блестели, как будто открытие сделал. — А доктор кто был?

— Дряхлов.

Блеск померк.

— Дряхлый человек солидный. Это не обычный шлак, у него связи… — Ровшан рассуждал сам с собой. — Давай так поступим. Тёща тебя оденет, ты на место возвращайся, а завтра свяжемся. Я с людьми перетру, подлечим твои рёбра.

— Мне сидеть не по карману. Статов ноль, на комплексный обед не хватит.

Ровшан написал что-то на бумажке.

— Держи. А потом на место иди, как договорились. Наедет кто, сразу на меня ссылайся, отстанут.

На бумажке значилось одно слово: «Накормить». Хорошее слово, только хотелось бы знать, с чего Ровшан таким щедрым сделался. Талон в столовку дал, с травмой помогает. Но больше всего насторожила фраза, что при осмотре меня должны были забраковать. Доктор не забраковал, теперь Ровшан собирался заработать на этой информации, и думал, кому выгоднее её продать: самому Дряхлову или кому-то ещё.

Вернулась Тёща, выложила передо мной комплект одежды. Брюки штопанные, на правом колене заплата. У рубахи обшлага истёрты, проще закатать, чем починить. Ботинки — не берцы даже — пусть и моего размера, но разношены до такой степени, что болтались на ноге, и никакие шнурки не могли их удержать. Ну и как это носить?

— Другому бы и за полтинник не отдала, — скривилась Тёща в ответ на мою реакцию. Как будто это не она меня обокрала. — А тебе за тридцать семь. Носи и будь доволен. Номер твой нанесла с изнанки, хотя и без него никто не позарится.

На клапане кармана было неаккуратно вышито жёлтыми нитками: Дон. Если она такая честная, откуда узнала, что вышивать надо?